Настоящее. Мёртвый кряж
Они не спали три ночи. «Ночь — лучшее время для ишидари», — приговаривал Улсадру, но у Лави от усталости слипались глаза, а мысли натыкались одна на другую. К тому же, неудобное седло натёрло кожу до кровавых мозолей и мучительно хотелось спрыгнуть на землю и как следует размять ноги.
Однако просить о привале Лавьен не рискнула: если Улсадру спешит, значит дело срочное и лучше поторопиться.
— Ты обещал, — напомнила она, когда их носороги поравнялись на горной тропе.
Скалы впивались в свинцовые тучи клыками вершин. Падальщики пронзительно кричали. Мрак сгущался. Дорога петляла в непроглядной темноте, уходила в чернильную даль, а по левую руку опасно тянулся обрыв — один неосторожный шаг, и костей не соберёт даже Гар Зулум.
— Обещал, — кивнул Улсадру. — И, похоже, сейчас самое время. С чего мне начать, девочка?
— С начала, — без колебаний заявила Лави.
Учитель хмыкнул.
— Ну, слушай. — Он поёрзал в седле и приступил к рассказу. — Испокон веков люди и нелюди воевали друг с другом, и каждая новая война оказывалась страшнее предыдущей. Кровь лилась рекой, и не было конца кошмару…
— А потом появилась бабуля?
Улсадру кивнул, а взгляд его сделался грустным.
— Ширайни Луум — величайшая чародейка из всех, кого я знал. Сильная, смелая, отчаянная. Она стала учить меня… а я влюбился, как мальчишка. Хотя, по сути, им я тогда и являлся. Молодой урглам, едва открывший в себе силу. Хех…
От удивления Лави едва не свалилась с носорога.
— Ты… любил её? — выпалила она.
— И люблю до сих пор, девочка, — подтвердил Улсадру. — Такие, как Ширайни, рождаются раз в тысячу лет.
— Но бабуля не отвечала взаимностью, — осторожно предположила Лави.
Улсадру посмотрел серьёзно.
— Ширайни Луум принесла миру великую жертву. Саму себя. Она отказалась от благословений Сумрака, утратила статус старейшины и большую часть силы, лишь бы прекратить бессмысленную войну. Ширайни навсегда покинула Бессолнечные земли. Она вышла замуж за наследника престола и родила ему дочь, твою бабку. Это и стало залогом спокойных лет.
Лави понимающе кивнула… и тут же нахмурилась.
— Бабуля была старейшиной?
— Да, — кивнул Улсадру. — Мудрой и справедливой. Слепая уже тогда ненавидела её лютой ненавистью. Зависть — страшная штука, Бьёрг. Когда Ширайни предложила свой план, Слепая стала первой, кто поддержал затею. Очень уж ей не терпелось сплавить подальше соперницу.
Лавьен помрачнела, припомнив, как Слепая «сплавила» её саму в отряд Будгры, и к чему это в итоге привело.
Да примет тебя Сумрак, Эйла Си Даар! Да примет тебя Сумрак…