Вчерашний чек хостела был. Сегодняшнего не было.

Я увеличила экран и перечитала пункт. Потом ещё раз. Может быть, вчерашнего хватит. Может быть, нет. Может быть, завтра Илья скажет, что я уже не живу даже там. И будет прав.

Я написала Волкову:

«Документы получила. Всё подготовлю».

Не стала писать, где нахожусь.

В девять вечера вокзал стал ярче, потому что за окнами окончательно стемнело. Людей меньше не стало. Одни уходили к платформам, другие занимали их места. Кто-то ставил чемодан мне почти на ногу, кто-то долго искал розетку и дёргал соседние вилки. Каждый раз я проверяла, идёт ли зарядка.

В туалете я умылась холодной водой. Из крана она била слишком сильной струёй и забрызгала куртку. Мыло пахло химическим яблоком. Бумажных полотенец не было, сушилка дула горячим воздухом и гоняла по лицу запах сырой пыли. Я посмотрела в зеркало. Глаза красные, под ними тёмные полосы. Волосы у висков жирные. Завтра надо будет привести себя в порядок. В пять утра здесь наверняка будет меньше людей. Можно умыться ещё раз, переодеться в кабинке, собрать пучок, подкрасить губы той самой прогорклой помадой, потому что другой нет.

Вернувшись, я сразу проверила сумку. Стояла на месте. Ноутбук тоже. Прозрачный файл торчал из-под ручки так, как я его оставила.

Поставила будильник на пять тридцать. Потом ещё один на пять сорок. Третий на шесть. Заснуть глубоко всё равно не получится, но после последних суток я уже не доверяла телу.

Завтра действительно было заседание. Волков написал днём, что ходатайство Ильи удовлетворили и дело назначили к рассмотрению по существу на десять тридцать. В суде надо быть минимум за час. Я перечитала это сообщение. Потом открыла календарь и поставила напоминание, хотя забыть такое было невозможно.

Телефон показывал двадцать четыре процента. Зарядка снова перестала работать. Поправила.

Я положила голову на ноутбук. Пластик был холодным и пах пылью из вентилятора. Ремень сумки всё ещё был обмотан вокруг запястья. Он давил на кожу, но так было спокойнее.

Закрыла глаза.

Над головой объявили поезд. Я вздрогнула и сразу села ровно. Потом по залу прокатился металлический грохот — кто-то уронил ручку чемодана. Я посмотрела на время.

21:34.

Телефон зазвонил.

На экране высветилось:

«Алексей Викторович Волков».

Я выпрямилась, убрала волосы от лица и ответила.

— Да.

— Марина Андреевна, добрый вечер. Не поздно?

— Нет.

— Я ещё раз посмотрел материалы. Завтра действительно сразу рассмотрение по существу. Я буду у суда в восемь сорок. Вы приезжайте не позже девяти. Файл открыли?

— Да.

— По списку всё есть?