— Творец дал мне дар видеть духов. И у меня нет желания направлять его в запретное русло. Никто не собирается вершить судьбы людей, манипулировать душами или подчинять своей воле демонов, — как можно мягче произнес я. — Просто хочу, чтобы вы смогли опять ощутить запах чая, пирожков и, если повезет, могли попить молока, ощущая хотя бы подобие его вкуса. И я обязательно попробую разобраться в этом, как только у меня появится чуть больше свободного времени.

Не стал говорить об этом графине, но раз уж у меня получилось отвязать душу того кукольника от тела, то, может быть, и поработать с чувствами графини получится.

— Хорошо. Спасибо. Но с темными личностями не связывайтесь, — наставительно произнесла она.

— Не буду, — ответил я и сделал глоток отвара. — Однако слышал, что даже в Императорском Институте иногда проводят эксперименты, о которых Синод либо не знает, либо предпочитает не смотреть.

— О чем это вы? — мигом насторожилась графиня.

— О том, что у жены Императора была любимая канарейка. И вот когда той не стало, ему подарили механическую пташку. И уж очень ее поведение и песни похожи на те, что были подмечены при жизни пташки.

— Вот как? — удивилась Татьяна Петровна.

— Утверждать не могу. Но вы же понимаете, что такие сплетни среди персонала распространяются быстро. А выходят за пределы ближнего круга еще быстрее. И тут не угадать, правдивы они или нет.

Мы какое-то время молчали, пока я методично расправлялся сначала с надкушенным пирожком, а потом и с его собратом по тарелке. Горячий чай же не только помогал легче разделаться с угощением, которое отдала мне Людочка, но и согревал. И хоть на улице было довольно тепло, сумерки и поднявшийся легкий ветерок с залива делали свое дело.

Остатки вечера мы провели в приятных разговорах о книгах. Графиня поведала о литературных открытиях и о том, что иногда спускается в гостиную посмотреть телевизор в ночи, чтобы быть в курсе новостей. Поначалу возиться с пультом было непросто, у нее все-таки лапки, но потом она быстро приноровилась, и теперь с легкостью переключала каналы и регулировала громкость.

Спать отправился, когда глаза начали слипаться, так что заснул быстро и без сновидений. И проснулся легко, но позже обычного. Видимо, организм добрал недоспанные ранее часы, чтобы восстановить силы.

Спустился, когда Настя с Михаилом уже бодро обсуждали новости. По радио шел репортаж о похищенной коллекции оружия Стрельцова. Ребята спорили и строили догадки, а я занялся тем, чтобы позавтракать и направился в столовую, где на столе уже стояла тарелка с овсянкой, которую украшали ягоды и нарезанные фрукты.