Я вызвал такси дождавшись авто, вышел за калитку и сел на переднее сиденье.

— Куда едем? — повернувшись ко мне, деловито уточнил водитель.

Я назвал адрес, водитель кивнул, и авто выехало на дорогу.

Водитель попался разговорчивый. Он увлеченно рассказывал о больших пробках, которые сегодня по всему городу, потом поделился мнением о новых правилах парковки у Синода. Затем перешёл к рассуждениям о том, что раньше город был спокойнее, люди вежливее, а магические фонари горели ярче.

Я вежливо кивал и думал о своем, глядя в окно на проплывающие мимо дома. За окном проплывал вечерний Петербург. Город медленно остывал после тёплого дня. В стеклах домов отражалось низкое солнце, мостовые поблескивали, будто их недавно протёрли влажной тряпкой, а над Невой уже собиралась лёгкая дымка. В такие часы столица умела казаться очень красивой.

Погрузившись в свои размышления, я даже не заметил, как мы добрались до нужного адреса.

— Прибыли.

Голос водителя вырвал меня из раздумий. Я вздрогнул, замотал головой, отгоняя морок, и взглянул в окно.

Сейчас светло-жёлтый фасад приюта казался теплее, чем днём. А крест на крыше ловил свет заходящего солнца. Выглядело это так, будто над домом на мгновение зависла тонкая золотая нить.

— Спасибо, — пробормотал я. Вынул бумажник, отсчитал нужную сумму и передал водителю. А затем открыл дверь и вышел из салона.

Такси развернулось у обочины и укатило прочь, оставив меня перед воротами приюта в наступающих сумерках.

В окнах здания уже горел свет. Где-то за окном второго этажа мелькнула детская фигурка. Из приоткрытых окон доносились приглушенные тонкие детские голоса. Кто-то смеялся, кто-то возмущённо требовал вернуть карандаш, кто-то, судя по всему, громко доказывал, что он вообще ничего не трогал.

Я усмехнулся. Взглянул на коробку, в которой был упакован ангел. И едва слышно произнес:

— Прощайте, Ефросинья. Очень надеюсь, что вы будете оберегать этот приют еще долгие годы. И мне было очень приятно познакомиться с вами. Все-таки первый раз я общался со святой.

— Прощайте, юноша, — послышался в голове голос женщины.

Она немного помолчала, а затем добавила:

— Признаться, вы смогли меня удивить. И как профессионал, и как человек.

— Это хорошо или плохо? — с тихим интересом спросил я.

По тротуару мимо меня прошла пожилая пара. Мужчина в котелке покосился на меня, но тут же сделал вид, что рассматривает фасад соседнего дома. И я усмехнулся, прекрасно понимая, как странно это выглядит со стороны: молодой человек с коробкой в руках беседует словно сам с собой перед старым приютом. Но Петербург умел быть вежливым к чужим странностям.