— Есть у меня одна идейка, — сказал я после небольшой паузы. — Но нужно решить, чем именно Любенского можно подцепить…

— И у тебя наверняка уже есть идея? — догадался приятель.

— Склоняюсь к любопытству и азарту коллекционирования. Если я правильно считал его тогда на аукционе, он эстет, любит быть на коне, хвастаться и питает жуткую страсть к темным историям и вещам. Нам нужно собрать все, и тогда он точно попадется на крючок.

Николай чуть прищурился, а потом хмыкнул:

— Неплохо. Продолжай.

Я отставил чашку и немного подался вперед, опершись на стол локтями.

— Если все так, то надо не обвинять, а заинтересовать. А потом разговорить. Заставить рассказать о «Рассвете», вызнать, зачем им кинжал, маска… Что они задумали.

Николай молча кивнул, понимать ход мысли, но при этом и нахмурился.

— Меня устраивает первая часть плана. Но со второй, как мне кажется, есть проблема, — пояснил он свои сомнения. — С чего ему что-то нам рассказывать. Или тебе. Даже если ты реставратор, который может восстановить все на свете, не факт, что ему понадобятся твои услуги по этим предметам. А просто так рассказывать о них он не станет, он же не идиот. «Рассвет» долгие годы умудрялся оставаться в тени. И если нам повезло разговорить одного из дурачков, которого они, имея неосторожность, умудрились нанять, то не факт, что нам повезет еще раз.

— Да, это непросто… — согласился я. — Но я не планирую предлагать ему услуги. Я заманю его на какую-нибудь вещицу, которая ему нужна, и буду отказываться ее продавать.

— Это уже ближе к делу. В ходе торгов можно попытаться выяснить, зачем оно ему, почему так горит желанием приобрести, но опять же… Не факт, что расскажет.

— Эту часть плана я доработаю, не переживай. Я умею уговаривать и забалтывать. Иначе не сдал бы на пятерки все предметы в семинарии. А там, знаешь ли, тоже иногда профессора с характером попадаются.

— Ладно, — Николай подался назад, подняв ладони вверх, будто был готов довериться мне в этой части дискуссии, — ты что-нибудь придумаешь, я тебе доверяю. Твоя чуйка и навыки уже не раз выводили нас к нужной зацепке. Как мы это организуем?

— Первый этап — вбросить информацию о том, что у меня есть ценный предмет с темной тайной. Второй этап — назначить встречу у меня. Третий — провести встречу и торги за предмет, пока вы прячетесь, фиксируете каждое слово и готовитесь сопроводить графа Любенского в жандармерию для допроса.

Николай хмыкнул, отпил чая и с улыбкой произнес:

— Мне нравится твой оптимизм. Но мне кажется, в лучшем случае мы просто получим направление, в котором дальше будем копать. В то, что он проговорится, я не очень верю. Нам так повезти не может.