Видимо, недопонимание, накопившиеся претензии между подразделениями и подливание прессой масла в огонь сделали свое дело.

— Что ж, так бывает, — развел руками Лисицын. — Теперь какое-то время нам придется поработать вместе. Нравится вам это, или нет.

— Ну, наверное, вы давайте тут, проведите свою предварительную проверку. Отдайте нам дело, а мы там уже разберемся. Не впервой.

Лисицын на провокацию не поддался, сделал еще несколько шагов по комнате, затем изучающее посмотрел на Евгения Александровича.

— Поработаем вместе, — заключил он. — Пока точно не убедимся, что в этот раз обошлось без проклятых вещей.

— Не ошибетесь, как в прошлый раз? — с нотками наигранного переживания спросил наш старший. — А то вдруг мы своим благочестивым составом весь дурной фон перекрываем.

— Ваше благочестие не знает границ, — кивнул Лисицын, профессионально подыгрывая, — но в этот раз будем более бдительными. Со мной лучший ищейка столицы. Так что если вы хотя бы чертыхались, он и это почувствует.

Я было насторожился, но видя, как брови коренастого поползли вверх, понял, что Лисицын с Озерским просто пикируются, стараясь обыграть противника, не брезгуя блефом.

— Так что тут у нас? Какие-то выводы уже сделали? — жрец переключился на дело. — Уверен, что ваша команда настолько же профессиональна, насколько благочестива.

Александра на этих словах поджала губы, пытаясь подавить рвущуюся улыбку. А Евгений Александрович даже бровью не повел.

— Выводы будем делать, когда улики соберем.

— Уважаемо, — жрец завел руки за спину и наклонился в сторону кинжала. Затем взмахнул ладонью, подзывая ищейку. Тот кивнул и принялся за работу.

— Если это простое убийство, мы с коллегой сразу ретируемся и не станем мешать, — заверил жрец. — Кстати, что-нибудь пропало?

— Опись еще не составляли, — ответил Евгений Александрович. — И сверку не производили. Мы прибыли ненамного раньше вас.

— Это будет сложно, — со вздохом протянул жрец.

— Почему? — вклинился Николай.

— Я уверен, что почти все вещи в этой комнате краденые. Либо ввезены в Империю в обход таможни. Убитый же промышлял скупкой краденого, так?

— Ну, факт не был установлен, — философски заметил Озерский.

— Но привлекался он именно за это? — продолжил любопытствовать жрец.

— Привлекался, — не стал спорить Евгений Александрович. — Но каждый может встать на путь исправления. Не знаю, как у вас принято, но мы не судим людей огульно, не имея на руках доказательств.

Лисицын это проигнорировал и скучающе обвел взглядом комнату:

— Ну да, — пробормотал он. — Ну да. Вещи ему наверняка просто от бабушки достались. В наследство.