Кими кривится.
— Я ходила на хип-хоп где-то месяцев шесть, а потом меня вышвырнули за то, что я повздорила с одной из девчонок.
— Повздорила?
— Я швырнула в нее своим кроссовком, — уточняет она.
— Ну, почти то же самое. — Просто удивительно, как она еще ни разу не провела ночь в тюрьме.
— Обожаю тебя за то, что ты поддерживаешь женские грешки. — Кими ухмыляется.
Я закатываю глаза.
— Это не всеобщее правило. Многие женщины творят ужасные вещи.
— И нам это нравится. Когда женщина творит дичь, она просто ведет себя так, как сходит с рук мужчинам... Ой, погоди. — Кими дважды тапает по экрану телефона, чтобы проверить время. — Черт. Я так опаздываю. — Она вскакивает на ноги и неестественно изгибает пальцы, чтобы удержать айс-кофе, телефон, кошелек, ключи и книги в одной руке.
Нахмурившись, я проверяю свои часы.
— Наша следующая пара начнется только через два часа.
Мы обе выбрали психологию в качестве факультатива. Оказалось, мы полные нули в статистике, так что на этих занятиях мы прямо как «Тупой и еще тупее».
Кими подмигивает мне.
— У меня горячее свидание.
— С новым вкусом или со старым?
— С богатым. СОуэном . — Она на распев произносит его имя.
— А что случилось с Джейком?
— С Джеком, — поправляет она. — Джейк был до него. Я увидела, как он бежит вверх по лестнице, и меня сразу от него отвернуло. У него был неплохой характер, пока все это длилось... а длился он очень недолго.
Я усмехаюсь двусмысленности ее слов. Понятия не имею, как этой девчонке удается ходить на свидания каждую неделю. Причем в более чем восьмидесяти процентах случаев это какой-то новый парень.
— Тебе реально нужно держаться подальше от парней, чье имя начинается на букву«Д» .
— Детка, ты считай и не жила, если тебя не травмировал хотя бы один чувак с именем на«Д» . Обычно это всякие Джоши, — бросает она, удаляясь бедрами от стола.
— Предохраняйся! — кричу я чуть громче, чем следовало.
И я имею в виду не только презервативы. А что-то, чем можно вырубить мужика на время, достаточное для побега. Я ни за что в жизни не усну ночью, не зная, что она способна постоять за себя.
— Ладно, мамуля! — бросает она через плечо, выбегая из столовой... если это место вообще можно так назвать. По сути, это ресторанный дворик премиум-класса.
Давным-давно в этом викторианском здании располагались университетские общежития... или приют. Точно не помню. Столовую оставили действующей с открытия Крессвелла: над нашими головами высятся открытые деревянные балки, а в антикварных рамах выставлены оригинальные чертежи университета.
Вся эта атмосфера открытого спального корпуса «под старину» странно контрастирует с фуд-кортами с неоновыми вывесками, которых явно не существовало, когда строили это здание.