— Я хочу, чтобы ты сняла обо мне документальный фильм.
Мне требуется секунда, чтобы осознать,что он вообще что-то сказал. И затем еще добрых две, чтобы до конца понять смысл его слов.
— Нам обязательно говорить об этом прямо сейчас? — У меня глаза лезут на лоб. Время явно неподходящее.
— Сними обо мне документальный фильм. — Мэддокс подгибает пальцы и прижимает большой палец к клитору. — Тебе хорошо?
Я стоном выражаю согласие, меняя положение, чтобы сильнее ощущать его.
— Отлично. Я составлю список тем, которые рекомендую осветить.
Мои глаза распахиваются.
— Подожди. Это вовсе не...
— Сейчас время тишины, мисс Синага.
Я отчаянно пытаюсь ухватиться за последние крупицы рассудка.
— Я не соглашалась...
Он делает пальцами кое-что такое, отчего я окончательно теряю связь с реальностью. Словно он нашел переключатель, который разом заставил меня умолкнуть, и мой оргазм обрушивается на меня на полной скорости.
Все мои мышцы сокращаются и каменеют. Яркая вспышка света вспыхивает передо мной, будто открылись врата рая. Эйфория омывает мою кожу и затапливает вены самым пьянящим экстазом.
Мои ноги дрожат на его плечах, пока длится пик наслаждения. Смертельная хватка, которой я вцепилась в его волосы, — последнее, о чем я думаю, потому что этот садист не останавливается. Он продолжает двигать пальцами так, что в моей голове гаснет весь свет.
Кажется, я без конца повторяю его имя. Или, может, тихо стону, произнося «пожалуйста» и «спасибо» тысячу раз. Я не уверена. В одну секунду мои глаза закатываются, а в следующую он уже баюкает меня на руках и несет через всю комнату.
Одна его рука поддерживает мой затылок, другая — под ягодицами, удерживая мой вес. В полнейшем противоречии с тем жестоким образом, которым он ласкал меня пальцами, он аккуратно опускает меня на диван и шепчет:
— Чертовски прекрасна.
Я тяжело дышу и дрожу, но, когда он целует меня, восторг затапливает мои вены, и падение с вершины блаженства снова сменяется взлетом. Короткая пауза длиной в удар сердца — единственное, что дает мне понять: он этого не ожидал.
Но он не останавливается. Мэддокс продолжает целовать меня, через поцелуй выплескивая собственное удовольствие.
— Тебе не следовало давать мне попробовать тебя на вкус, — хрипит он у моих губ.
Мне много чего не следовало делать, когда дело касается его.
Глава 19
Мэддокс
У меня появилось новое правило. Отныне я ни при каких обстоятельствах не стану участвовать в конкурсах по «знакомству». Если мне придется встать и назвать свое имя, профессию и увлечения, я скажу, что мое хобби номер один — лизать сладкую киску Рейны.