Я лишаюсь дара речи и не могу пошевелить ни единым мускулом.
В глубине его глаз бушует много чувств одновременно. Там смешались разочарование и гнев, жажда ижар . Все то, чего он не должен испытывать.
По коже пробегают мурашки. Тяжелое дыхание Мэддокса касается моего лица, оно проскальзывает сквозь пряди волос и замирает на теплой коже подобно нежнейшей ласке. Острое желание затапливает мое сознание, превращая чувства в оголенный провод под напряжением. Каждое ощущение кажется глубоко порочным. Находясь так близко, я могла бы приподняться на цыпочки и коснуться его губ своими. Я могла бы запустить пальцы в его волосы и ощутить перекат его мышц под своей ладонью.
Мне не следовало позволять себе подобные мысли. Ради всего святого, он мой преподаватель, и я приехала на другой конец страны не для того, чтобы заводить интрижку со своим учителем.
Блеск в его глазах пугает меня и в то же время манит, как запретный плод. Зелень в его зрачках становится ярче, напоминая окрас самых смертоносных растений в природе. В этом взгляде читается нечто дикое и хищное, — та форма безумия, способная убить в мгновение ока и поглотить без остатка. Я навсегда запечатлеваю этот образ в памяти, пока наше прерывистое дыхание заполняет раскаленное пространство между нами.
Я разрываю это наваждение прежде, чем попаду в ловушку навсегда. С трудом сглотнув, я продолжаю удерживать его взгляд, медленно отступая к двери.
— Доброго вечера, мистер Шоу, — шепчу я себе под нос.
Хотя бы у одного из нас он должен быть добрым, потому что для меня эта роскошь теперь недоступна.
Глава 10
Мэддокс
Ей нравится мое искусство.
Эта единственная мысль непрестанно крутится в моей голове на протяжении последних трех дней.
Ей нравится мое искусство.
Когда мне было восемнадцать, один из членов британской королевской семьи заказал у меня картину. В двадцать четыре года моим творениям посвятили целый разворот на четыре страницы в журнале Vogue. Ни одно из этих событий — будь то по отдельности или все вместе — не сравнится с тем пьянящим восторгом, который я испытал от мимолетной похвалы Рейны.
Она считает меняталантливым .
Мой разум пребывает в полнейшем хаосе из-за какой-то студентки и её греховных губ. Подобные мысли можно назвать самыми опасными, когда находишься в окружении членов Ордена. Здесь я чувствую себя беззащитной добычей в яме, доверху наполненной гадюками. Если и существовало на свете место, где мне следовало быть готовым к смертельной схватке — как в переносном, так и в буквальном смысле, — то это было именно здесь.