— С таким успехом, я полагаю, она доберется до тебя первой, если я только подумаю о том, чтобы причинить ей боль.
Их гляделки действуют мне на нервы, потому что я знаю, насколько фальшиво небрежное поведение Мэддокса. У меня возникает соблазн встать между ними, чтобы разрубить напряжение пополам. Джеймс, должно быть, понимает это, потому что принимает такую же расслабленную позу, как у Мэддокса, и делает шаг назад.
— Завтрак в среду, — приказывает Джеймс тем же тоном, каким говорил со мной, когда мама жаловалась, что я отлыниваю от домашних дел. — Я бы хотел, чтобы мы пообщались.
Я качаю головой.
— Я к этому не готова.
Отец Мэддокса пытался убить меня, а я только что узнала, что мой собственный отец инсценировал свою смерть. Мне потребуется время, чтобы всё это переварить. Может, стоит обсудить это с психотерапевтом или до беспамятства напиться с Кими и Николь.
— Готовность — это не состояние души. Это выбор.
Я едва не закатываю глаза. Они с мамой всегда обожали его афоризмы.
— Значит, можешь подождать, пока я сделаю этот выбор.
Не знаю, с какого момента разговора он решил, что может начать командовать мной, но он просчитался. Если судить по напряженному выражению его лица, он не привык к тому, что кто-то другой берет инициативу на себя.
Он протягивает руку.
— Перемирие?
Я колеблюсь, прежде чем пожать ее.
— Пока что.Ради мамы.
— В среду в восемь я буду в закусочной «Harper’s Diner», если передумаешь. — Кивнув, я забираю его визитку. — Звони, если что-то понадобится. Я имею в виду абсолютно всё.
Не буду.
— Ладно.
Мои костяшки белеют от того, как сильно я сжимаю визитку, глядя, как он выходит за входную дверь. Тишина, воцарившаяся после того, как дверь закрылась, сводит с ума.
— Ты и правда дочь своего отца.
Я резко поворачиваюсь к Мэддоксу, он всё еще прислоняется к стойке и ухмыляется, заставляя меня забыть о нарастающей тревоге.
— Яничем не похожа на своего отца, — цежу я сквозь зубы.
— Как скажешь.
Глава 36
Мэддокс
К тому времени, как я заканчиваю проверять задания, смываю краску с рук, заезжаю на один из своих объектов и навещаю Рейну, я уже опаздываю на встречу с Роландом. Этот факт подтверждается его сообщением, пришедшим ровно в 7:31, в котором он указывает, что меня там нет.
Моя естественная реакция — начать ехать медленнее допустимой скорости.
Два человека, давшие мне жизнь, решили собрать экстренное семейное совещание. Полагаю, это результат вчерашних откровений между Рейной и тренировавшим меня человеком.
Хотя в этот вечер я предпочел бы быть рядом с Рейной, пластырь нужно сорвать, и я планирую сделать это, пока рана еще не затянулась.