Слова застревают у меня в горле, пока я осматриваю ее. Она представляет собой вихрь из острых граней и мягких изгибов. У нее волевая челюсть, аккуратный нос пуговкой, изгиб губ настолько четкий, что о него можно порезаться, и выразительные миндалевидные глаза.
Я всегда осознавал ее ошеломляющую красоту. Это была первая мысль, вспыхнувшая в моем сознании, когда она посмотрела на меня в той картинной галерее.
Я не раз ловил себя на том, что подолгу засматриваюсь на нее во время занятий или когда она в одиночестве пересекает территорию кампуса. Даже когда я скрывался в своей студии и замирал перед чистым холстом, ее образ немедленно выходил на передний план.
Наше дыхание превращается в прозрачные облачка пара, заполняющие пространство между нами в ночном воздухе, и я чувствую непреодолимый порыв подойти ближе, чтобы ощутить ее тепло кожей.
Ничто не мешает мне развернуться и сделать вид, что наши взгляды никогда не встречались, что она не притягивает меня к себе. Однако я не в силах шевельнуться. Тот факт, что она в одиночку посещает места преступлений, вызывает во мне тревогу. Вид ее фигуры, блуждающей в ночи, пробуждает самые темные уголки моей души.
Единственная причина моего беспокойства кроется в том, что она является моей самой многообещающей студенткой. Да, именно так. Если с ней что-то случится, за этим последует бесконечная череда бумажной волокиты и расследований, в которых я не желаю участвовать.
Если нас увидят здесь вместе, разлетятся слухи. Невозможно предугадать последствия, если весть об этой полуночной встрече дойдет до моих родителей или руководства факультета. Мненужно уйти. Вопреки здравому смыслу я остаюсь на месте, прижимая руки к бокам, чтобы не совершить какую-нибудь глупость вроде попытки коснуться ее.
Тишина между нами затягивается, и она наполняется горечью, пока я внимательно изучаю ее. У Рейны напрочь отсутствует инстинкт самосохранения, если она считает хорошей идеей носить такую тонкую куртку в пронзительный холод.
У нее плохо получается скрывать дрожь, сотрясающую ее тело. Моим первым порывом было предложить ей свое пальто и отвести в кабинет, но следом пришла мысль, что меня совершенно не должно касаться то, как она поступает.
Я одновременно испытываю и удовлетворение, и досаду от того, что сегодня на ней юбка длиной ниже колена, а не та дерзкая мини, что лишает меня рассудка.
Она сводит меня с ума.
— Вам не следует прогуливаться в одиночестве после наступления темноты, мисс Синага. Никогда не знаешь, в какой момент поблизости может оказаться убийца.