Сегодня такой хороший день. Мы познакомимся с родителями Саши, жениха нашей дочери Миланы.
Солнце заливает дом сквозь огромные окна, на полу играют блики, в воздухе пахнет сладкими вишнёвыми пирогами, которые я испекла утром. Идеальный летний день.
— А вот и мы, — скандирует с гордостью Никита, останавливаясь перед лестницей. — Здравствуйте всем от нас!
Я торопливо подхожу к мужу и расцветаю в радостной и дружелюбной улыбке, которая моментально застывает на моем лице маской. Мышцы лица деревенеют в жутком подобии улыбки.
Внизу… О, господи… Нет…
Я не замечаю, как мы с мужем спускаемся на первый этаж нашего летнего домика.
Не чувствую ступеней под ногами, не слышу скрипа половиц.
Только гул в ушах, нарастающий с каждым шагом. Когда я преодолеваю последнюю ступеньку, то вся замираю. Кажется, что даже сердце останавливает свой бег, потому что рядом с моей дочерью стоит тот, кто должен был остаться миражом в дождливой ночи.
Тот, кого я заставила себя забыть.
Тот, чьи губы я до сих пор помню на своих.
Тот, кто стал моей самой страшной и постыдной тайной.
— Мам, — дочка беззаботно улыбается, — па, это Глеб Аркадьевич, — кивает на моего будущего свата, — папа моего Саши… А это мама Саши Анастасия Петровна.
Глеб. Это Глеб. Глеб из той одинокой ночи, которую я заставила себя забыть. Смотрю на него и не могу даже сглотнуть.
Во рту пересохло, язык прилип к небу. На моей шее отчаянно пульсирует, предательски дрожат руки, которыми я сильнее прижимаю к себе Максима.
По левую сторону от него затихла его жена. Рыжие волосы с красивой седой прядкой у виска, тонкая прозрачная кожа и бледные аристократичные веснушки. Она держится собственнически и интимно за его руку: её пальцы переплетены с его пальцами.
Веснушка. Это его Веснушка, с которой он вместе со школы и без которой не знает, как жить.
И его Веснушка будет… свекровью для моей дочери?!
Мы породнимся с ними. Навсегда. Свадьба, внуки, семейные праздники, Новый год за одним столом…
Одеты они по-летнему свободно.
Он — в легких хлопковых штанах, белой рубашке поло, под тканья которой угадывается развитая мускулатура и мужская сила. Короткие рукава обтягивают бицепсы, и я вспоминаю, как эти руки укутывали меня пиджаком. Как эти пальцы вытирали слезы с моих щек. Как эти губы...
Она — в элегантном сарафане из льна цвета слоновой кости с скромной цветочной вышивкой по краю подола. Тонкие бретели открывают плечи, усыпанные веснушками. Она очень красивая и утонченная леди.
— Наконец-то мы лично познакомились, Риточка, — Анастасия отпускает руку мужа, берет меня за руки и заглядывает в глаза.