— Что, правда? — я усмехнулась при мысли, что сейчас буду готовить суп со свеклой с моей родины. — Интересно, вкусная хоть?

Я почистила свеклу, натерла на терке, бросила в кастрюлю. Принялась за картошку, которая была к счастью обычной — желтовато-кремовой.

А вот белокочанная капуста оказалась твердой, как характер моей бывшей свекрови. Я рубила ее, рубила обычным ножом, потом не выдержала и достала тесак.

— Госпожа, — робко сказала Анжелика. — Может, примените магию? Шеф-повар пользуется, ему очень помогает… А у вас ведь теперь, коли драконий облик вернулся, и магия наверняка тоже есть.

— Магию? — я фыркнула. — Даже если она у меня есть, я все равно без понятия, как ею пользоваться, еще разнесу все к чертям. Нет уж, Анжелика, лучше применю тесак и парочку крепких словечек!

Я что было сил рубанула ножом по кочану. Капуста наконец поддалась, расколовшись на две половины с таким звуком, будто кто-то выстрелил из арбалета.

— Вот так, — сказала я довольно.

Нарезать капусту дальше было делом техники.

Потом я принялась за зажарку. Порезала лук, морковку, налила на сковородку масла, бросила туда овощи.

— А теперь секретный ингредиент, — с этими словами я полезла в карман.

— Что это? — спросила Анжелика, глядя на пузырек. — Какое-то зелье? Любовное?

Глаза ее загорелись.

— Всего лишь уксус, — разочаровала я ее. — Обычный, столовый. Пару ложек, и свекла не потеряет цвет, моя бабка так делала. А она была местной по происхождению, и комсомолкой по воспитанию, так что толк знала, можешь мне поверить.

Я капнула несколько капель на сковородку и принялась помешивать зажарку, громко напевая:

— Бо-о-о-о-рщч… боо-о—о-орщч… кто те-е-е-е-бя-я-я- приду-у-у-у-умал… вку-у-уу-сный борщч…?

Анжелика слушала, открыв рот.

И в этот момент на кухню зашел Луимир. В домашней рубашке, с растрепанными волосами, без камзола, и с выражением лица, которое я уже выучила наизусть. Такое выражение у него было всегда, когда он приходил на кухню, чувствуя своим драконьим чутьем, что я делаю что-то опасное или вкусное. Или и то, и другое.

— Что здесь происходит? — спросил он, обводя глазами закопченную плиту, кучу грязной посуды и меня — в халате и фартуке, с закатанными рукавами, с ложкой в одной руке и с пузырьком уксуса в другой.

— Борщ варю, — ответила я. — Не мешай.

— А почему ты, — он запнулся. — Почему ты все еще что-то варишь? Есть же повара. Я думал, помолодев, ты бросишь свои… старушечьи занятия.

— Старушечьи? — возмущенная до глубины души, я уставилась на него. — Очумел, что ли? Это между прочим, мое хобби, готовка! Так что лучше уходи, пока я не… пока я не дала тебе ложкой по лбу!