А тут на тебе, живые цветы на весь коридор! И дракон, который, кажется, не спал всю ночь и гонял слуг, чтобы это устроить.

В столовой меня ждал стол…

Накрытый на двоих. Фарфор, хрусталь, серебро. В центре огромный белоснежный торт со сливочным кремом и ягодами. Рядом лежала маленькая перламутровая коробочка, перевязанная шелковой лентой.

Луимир стоял у окна. В темно-синем камзоле, с идеально уложенными волосами, с легкой небритостью, без всякой осыпающейся чешуи. В руках он сжимал букет красных роз.

— С днем рождения, Холли, — сказал он, повернувшись ко мне.

Затем приблизился, протянул цветы, поцеловал в щеку и отстранился.

— Спасибо, — я взяла цветы, понюхала, поставила в вазу, и села за стол. — А откуда ты узнал?

— Нашел в твоей анкете, у старейшин была, для портала.

— А, — я кивнула. — У вас тут серьезный подход, я смотрю. Анкеты и все такое…

После завтрака он протянул мне перламутровую коробочку.

— Что там? — я взяла коробку, повертела.

— Открой.

Внутри лежал ключ. Новехонький, с огромной бородкой и фигурной головкой в виде дракона.

— Что это? — спросила я. — От чего он?

— Ключ от замка, — сказал Луимир. — Шале в горах. Был моим лыжным замком, но я там уже сто лет не был, так что дарю. Теперь он твой.

Я выронила ключ. Он больно упал мне на палец ноги.

— Мой замок? Ты серьезно?

— Ага, шале, — Луимир кивнул. — Небольшой, но уютный. Летом там прохладно, зимой тепло. А самое главное — из окон видна северные границы, за которыми… твоя родина.

— Луимир, — я не знала, что сказать. — Это… это очень хороший подарок. Спасибо.

— Это не столько подарок, — перебил он. — Сколько… возвращение долга. Маленькая компенсация, если можно так выразиться, которая ничего конечно не покроет. Ведь твой род из-за войны с моим потерял все, потерял свой дом. Я хочу, чтобы у тебя снова был дом. Пусть даже это маленькое шале в заснеженных горах.

Я смотрела на ключ. Он лежал на столе, тускло поблескивая в свете двух солнц.

— Я не знаю, — прошептала я. — Спасибо, конечно, но…

— Никаких «но», — он взял мою руку. — Ты заслужила.

Я сжала тяжелый и теплый ключ в ладони.

— А когда можно будет туда поехать? — спросила я.

— Когда захочешь, — улыбнулся он.

Я поцеловала его в щеку. Первый раз сама, по собственному желанию, руководствуясь чистым порывом.

* * *

После дня рождения в замке воцарилось обманчивое спокойствие. Обманчивое — потому что я чувствовала: что-то не так. И хоть вовсю собиралась ехать в горное путешествие в свой замок, но что-то не давало мне расслабиться.

Амулет, который последние дни светился ровным золотистым, вдруг начал подрагивать, когда я проходила мимо стайки слуг. Но всех их я знала и доверяла… Всех, кроме одного. Молодой парень по имени Томас устроился в замок пару недель назад, став одним из лакеев. Тихий, незаметный, с незапоминающимся простоватым лицом. Что-то в нем меня настораживало.