— Простите, кэр Милич, но сейчас не до единорогов, — лихорадочно забормотала. — Все ускоряется. Не знаю, как это возможно.
В прошлых жизнях «черная паутина» появилась много лет спустя. Но сейчас я ускорила работу над своим исследованием — и, может быть, ускорилось что-то еще?
Я не знаю, как кто-то мог проделать такую работу, не имея, в отличие от меня, готовых ответов и результатов. Но это определенно было оно!
Не знаю, как Ратко ухитрился понять мой бессвязный поток сознания. Но по его расширившимся зрачкам я видела: понял.
— Прямо… сейчас? — прошептал он.
Я, сглотнув, оглянулась вокруг и глубоко втянула воздух. Как я сразу не узнала это ощущение?
Во второй жизни, пожалуй, вовсе не определила его почти до конца. Все это вот… едва уловимое. Но оба раза началось все не сразу.
— Думаю, у нас еще есть несколько часов до конца света, кэр Милич.
— Отличная новость! — он нервно улыбнулся и уже сам сжал мою руку. — Куда бежать?
Я оглянулась, просчитывая варианты. Сейчас утро. Большинство студентов, живущих в городе, сейчас только едут на занятия. Это Ратко — ранняя пташка, потому что перед первыми лекциями он всегда заходит в зверинец проверить своих драгоценных питомцев.
Да и…
Я закрыла глаза, вспоминая. Нет, оба раза паутина распространялась не с университетской территории. Скорее, со стороны…
— В дом Вежецких!
Назад по дорожке я кинулась бегом, так и не выпустив почему-то руку Ратко.
— Кэри Морриш! — похоже, моего спутника охватил вдруг странный азарт… или кураж. Во всяком случае, теперь он действительно широко улыбался на бегу. — А как вы полагаете, если мы, возможно, скоро умрем — я могу теперь обращаться к вам по имени?
Я невольно фыркнула, а потом и рассмеялась. Дорин — тот даже не спрашивал!
— Думаю, можете… кэр Ратко! Но я бы предпочла жить долго и счастливо!
— Мы постараемся!
* * *
Объективно поездка не заняла так уж много времени — я пообещала кэбмену двойную плату, если он поторопится, и он в самом деле спешил изо всех сил — насколько это возможно на городских улицах, где то и дело прогуливаются или спешат по делам прохожие.
Но мне она показалась едва не вечной. Вдобавок напряжение, разлитое в воздухе, словно нарастало с каждой секундой — и я больше не была уверена в своем прогнозе насчет нескольких часов.
Из остановившегося кэба мы едва ли не вывалились — и одновременно кинулись ко входу в дом.
На отчаянный стук дверного молотка предсказуемо никто не откликнулся — в доме ведь больше не было прислуги.
— Кэр Ратко, вам когда-нибудь доводилось вскрывать замки и вламываться в чужие дома? — еще тяжело дыша, поинтересовалась я.