Сосредоточенная только на самой себе, Альма часами перебирала цветные камешки, которые Себастьян находил и приносил ей, или просто смотрела прямо перед собой пустым расфокусированным взглядом. Сестра не могла самостоятельно есть, одеваться или выходить из дома, да и не хотела. Она не запоминала людей, события и почти никогда не говорила: за годы, проведенные вместе, Себастьян слышал от нее не больше десятка самых простых слов.
Тем не менее Альма не была слабоумной. Она жила в каком-то особом мире, который никто, кроме нее, не видел. Себастьян подозревал, что сестра гораздо ближе к сильфам, чем к людям. Даже он сам едва ли понимал ее. Но не мог бросить единственного родного человека, последний осколок семьи.
Себастьян глубоко вздохнул и замер, прекратив беспорядочное блуждание по комнате. Все, довольно самобичеваний и мыслей о былом. Черт побери, он просто на взводе от всех этих неудач с поиском черного турмалина. Не стоит накручивать себя и делать скоропалительные, почти наверняка неверные выводы.
Внезапно что-то отвлекло ювелира от непрекращающейся душевной маеты. Посторонние звуки, негромкие, но совсем не вписывающиеся в чуткую ночную тишину. Кто-то осторожно, деликатно ломился в дом, точнее, в одно из окон на первом этаже.
Не мешкая, Себастьян бесшумно выскользнул из кельи, не забыв прихватить с собой заряженный револьвер и шпагу.
Внизу ждал сюрприз. Не в меру интеллигентный, но ловкий злоумышленник уже успел проникнуть внутрь и теперь беспокойно озирался, крадучись ступая по полу, дабы избежать обличительного скрипа старых половиц. И фигура его, и лицо были слишком хорошо знакомы Себастьяну, чтобы обознаться. Так-так, значит, друг пожаловал в гости?!
Происходящее ему совсем переставало нравиться.
Негоже нарушать священную тишину намоленного места неподобающими звуками: воплями или тем более шумом драки, поэтому Серафим пронесся по лестнице легким дуновением сквозняка, в мгновение ока оказавшись за спиной ночного посетителя.
– Как ты нашел меня? – ласково шепнул Себастьян в самое ухо гостя.
Тот дернулся, но понятливо сдержал непроизвольный вскрик, затылком почуяв характерное давление прохладного револьверного дула. Весьма неприятное, щекочущее нервы ощущение.
– Серафим, это ты? – испуганно выдохнул человек, в знак мирных намерений высоко поднимая руки. – Ты что же, преследуешь меня?
– Я задал вопрос.
– Черт тебя возьми, приятель, убери револьвер! – возмущенно прошипел человек, не делая, однако, резких движений. – Совсем уже нервы у тебя шалят с этим проклятым расследованием. Откуда, скажи мне, вот откуда мог я знать, что ты здесь?