— Представь, что пространство — это не застывший лёд, а бурная река. Ты же не можешь просто воткнуть в неё шест и ожидать, что он будет стоять ровно? Его снесёт, изогнёт, течение вырвет и унесёт. Так и твои порталы. Ты создаешь статичный конструкт — свой «шест», но он находится в постоянно меняющемся потоке. Без синхронизации с локальным течением пространства-времени в точке входа и выхода, он будет всего лишь хаотичным прыжком в бурлящий поток. И этот поток выплюнет тебя в случайной точке, куда его прибьёт. Но иногда, ты можешь попасть и туда, куда собирался.

Она сделала ещё один легкий взмах рукой, и мерцающий эллипс перед нами исчез.

— Тебе нужно не просто «нарисовать» дверь, товарищ Чума. Тебе нужно ощутить ритм мироздания в точке своего исхода и точке назначения, найти момент гармонии между ними. Лишь тогда твой узор впишется в саму структуру пространства, а не будет для него инородным воздействием. Без этого твой портал никогда не будет стабильным.

Я молча слушал, осознавая всю глубину своего невежества. Я был слепцом, наобум тыкающим палкой в карту звездного неба, при этом надеявшимся попасть в конкретную звезду. А подключение к порталу машины Трефилова, генерирующей излучение Божественной Благодати — по сути, самой гармонии мира, и помогло достигнуть наивысшего «просветления», увидев воочию точку выхода.

— Понятно, — выдохнул я, осознав горькую правду. — Я понял, насколько всё сложно. Значит, нужно чувствовать эту… гармонию?

— Именно, — подтвердила Маб, улыбнувшись.

— Но как? Как этого достичь?

— Ощутить это нельзя по чьей-то указке, — ответила Маб, и в её голосе теперь звучала многовековая мудрость. — Это не заклинание, которое можно выучить, запомнить, зарисовать наконец. Ты должен не думать о пространстве — ты должен чувствовать его.

Она провела рукой по воздуху, и он снова задрожал, но на сей раз не формируя печать, а лишь обнажая скрытую структуру мира вокруг нас. Мне показалось, будто я чувствую само течение ветра, глубинную вибрацию земли, дыхание трав и деревьев.

— Пространство имеет движение, плотность, напряжение. Оно пульсирует, словно гигантское сердце. В местах силы, подобных моим Холмам, эти пульсации особенно заметны и сильны. Ты почувствовал их? — Маб проницательно посмотрела на меня.

— Да, почувствовал.

— А теперь слушай внимательно: ты долгое время носил в себе Всадника Апокалипсиса — самую великую дисгармонию этого мира. Ни за что не поверю, что это не оказало на тебя влияние. Он должен был дать тебе небывалую чувствительность. Ты должен уметь ощущать боль этого мира, его дисбаланс, его стремление к уничтожению.