Я выгибаю спину, и его фланелевая рубашка натягивается на моей ноющей груди. Я переложу ладони с его волос на спину, впиваясь пальцами в его мускулы.

У него вырывается горловой стон, когда он спускается поцелуями к шее, присасываясь и покусывая кожу на пути к моей груди.

Желание, захлестнувшее меня, застает врасплох. Я еще никогда не хотела мужчину так сильно. Мое тело еще никогда не прошибало таким током всего лишь от одного прикосновения. Мне безумно хочется изучить и зацеловать каждый сантиметр его кожи.

Я сжимаю его крепче, когда он расстегивает несколько верхних пуговиц, и его язык касается ложбинки на груди. Восхитительная дрожь проносится прямо по позвоночнику, когда он слегка зажимает зубами один сосок, одновременно лаская вторую грудь.

Боже, как же это хорошо.

Я приглушенно мурчу от удовольствия, пытаясь вытащить подол его рубашки из джинсов.

Услышав этот звук, он вскидывает голову и, прежде чем я успеваю возмутиться, приподнимается и практически с мясом рвет пуговицы на своей рубашке. Затем заводит руку за шею, хватает ворот футболки, рывком стягивает ее через голову и швыряет обе вещи на пол.

Я приподнимаюсь и начинаю нащупывать пуговицу на его джинсах, но он накрывает мою ладонь своей, останавливая меня.

— Мэтти, — хрипло произносит он.

Мое имя срывается с его губ как сдавленная просьба, и я понимаю: он дает мне секунду, чтобы я подтвердила, что действительно этого хочу.

Я целую его, втягивая его нижнюю губу своими, и он отпускает мою руку. Я медленно расстегиваю ему ширинку — он уже твердый и полностью готов, когда я запускаю руку под боксеры, чтобы освободить его.

Одной рукой я обхватываю его у основания, а другой уверенно ласкаю, проводя ногтем по напряженной жилке. Он вздрагивает в моих пальцах и, глядя на меня, начинает дышать тяжело и прерывисто.

— Детка, — бормочет он, и его ладони перемещаются к моей шее, крепко обнимая.

Он просит разрешения.

Я подаюсь вперед и слизываю каплю с его нижней губы, не прекращая ласку.

— Да, — выдыхаю я, и жар в его глазах едва не плавит меня на этом кожаном диване.

Он стонет, запуская пятерню в мои волосы. Я снова откидываюсь на подушки, и он расстегивает остальные пуговицы на рубашке, которая на мне надета.

Я бормочу что-то невнятное, когда его губы снова находят мою грудь. Я чувствую, что его самообладание держится на волоске, но он не торопится. Сминает и покусывает чувствительные холмики, одновременно стягивая фланель с моих плеч.

Раздев меня догола, он начинает покрывать мое тело поцелуями и укусами, спускаясь вниз в каком-то сумасшедшем темпе. Он ласкает каждый открытый сантиметр кожи, пока я не превращаюсь в дрожащий от нетерпения клубок нервов.