Чарли распахивает дверь.
— Погнали, девчонки.
— Нет, нет, нет, — я тянусь к ней, но она уже наполовину выбралась из машины.
Харли выкатывается следом с громким гоготом и пьяным пируэтом.
Они отходят в сторону, и я корячусь, пытаясь выбраться из кабины и тихо матерясь под нос, но не успеваю я даже твердо встать на землю…
Толчок.
Довольно ощутимый пинок отправляет меня вперед. Каблук цепляет край дорожки, и я чуть не лечу носом в землю. Взмахнув руками, я в последнюю секунду удерживаю равновесие и резко оборачиваюсь с вытаращенными от ярости глазами.
— Чарли!
— Удачи, сестренка! — хором кричат они из машины.
— Не делай ничего такого, чего не сделала бы я! — весело доносится из заднего окна голос Харли.
Шелби бьет по газам, пикап срывается с места, колеса буксуют на гравии, и машина, круто развернувшись, скрывается за деревьями.
Я стою посреди дорожки. Одна. В крошечном красном платье. Без телефона. Без куртки. И с закипающей в груди яростью.
— Боже мой. Я убью этих мелких дряней, — шиплю я, крутясь на месте, словно это может отмотать назад последние пять минут.
Ночной воздух ледяной. Ветер прошивает кожу насквозь.
Я обхватываю себя руками, притоптывая ногами, чтобы хоть немного согреться, и кричу в темноту.
— Ненавижу вас всех!
И именно в этот момент дверь дома со скрипом отворяется.
Я оборачиваюсь на звук, и на крыльцо выходит женщина.
Пожилая женщина — лет под шестьдесят. Длинные темные волосы и темные глаза — в точности как у него. На ней мягкий свитер и брюки.
Твою мать.
Хоть бы земля расступилась и поглотила меня целиком.
— Ну что ж, — произносит она с явным смехом в голосе. — Ты, должно быть, Мэтти.

Глава 38
Я замираю, беспомощно хватая ртом воздух.
— Я… я не хотела… я не… они… уехали… меня оставили… — бормочу я, тыча пальцем в сторону дороги.
Ее улыбка выглядит мягкой, но понимающей.
— А для такого платья на улице не слишком холодно, милая?
Я киваю, чувствуя, как по телу разливается жгучий стыд. Хватаюсь за подол и судорожно тяну его вниз, пытаясь прикрыть все стратегически важные места.
— Да. Да, мэм. Это сестра его выбрала. Мы ходили гулять, и они подумали, что будет весело… высадить меня здесь. В шутку.
— А-а, — произносит она, делая шаг на крыльцо. — Сестры.
Она говорит это с таким видом, будто у нее самой их парочка и она прекрасно понимает, о чем речь.
— Хочешь войти? — предлагает она. — Пока ты окончательно не превратилась в сосульку.
Я кошусь на дверь дома за ее спиной — там так уютно горит свет. Доносится едва уловимый запах дров. Гордость велит мне развернуться и бежать без оглядки, но пальцы на ногах уже онемели, а мочевой пузырь вот-вот лопнет.