Я спрятала телефон под подушку, поглубже зарылась в пахнущую им фланель и закрыла глаза.
Сон пришел быстро.
И сны мои были сладкими — спасибо сексуальному ковбою, который сыграл в них главную роль.

Глава 29
Когда я подъезжаю к усадьбе Уайлдхейвен Шторм, Мэтти уже ждет на крыльце. Небо за ее спиной окрасилось в нежно-розовый цвет, солнце опускается все ниже за горный хребет. На ней джинсы и блузка с длинным рукавом, на плече висит холщовая дорожная сумка, светлые волосы распущены и падают волнами. При виде нее сердце у меня в груди на миг замирает.
Она спешит к пикапу, из-под сапог летит гравий, а я выскакиваю из машины и обхожу ее, чтобы открыть перед ней дверь.
— Добрый вечер, красавица.
Она выгибает бровь.
— Вечер добрый, ковбой.
Я усмехаюсь.
— Ты налегке.
— Мне много не нужно на одну ночь, — говорит она, и ее губы трогает озорная улыбка.
Я хмыкаю, забираю у нее сумку и бросаю ее за сиденье. Наклонившись ближе, шепчу ей на ухо:
— Я бы вообще тебя забрал и никогда не отпускал.
Ее взгляд смягчается, и она садится в салон. Я закрываю дверь и возвращаюсь на место водителя. Замечаю, как Эвелин и Чарли подглядывают из окна дома, и подмигиваю им.
Оказавшись за рулем, я притягиваю ее к себе и целую. Это не быстрый поцелуй; о таком я думал с тех самых пор, как в последний раз прикасался к ней. Она со вздохом тает в моих объятиях, слегка сжав пальцами воротник моей рубашки.
Когда я наконец нехотя отстраняюсь, то прислоняюсь лбом о ее лоб.
— Ничего, что я краду тебя на целую ночь?
Она медленно и лениво улыбается.
— Да. Я обо всем позаботилась. Отец с дедом согласились помочь Чарли с вечерними делами по хозяйству.
У меня ползут вверх брови.
— Сами вызвались, значит?
Она фыркает.
— Ну, не совсем. Но им трудно мне отказать.
Я облизываю губы.
— Прекрасно их понимаю.
Она усмехается.
— А еще я согласилась забирать яйца из курятника следующие два месяца.
— Два месяца? Жестко. — Я откидываюсь на спинку сиденья. — Какая-то слишком суровая расплата за один вечер работы.
— Дедушка терпеть не может морозные зимние утра, — пожимает она плечами и отворачивается к окну, пока я сдаю назад, выезжая с дорожки. — А мне нормально.
— Ты хорошая внучка, — замечаю я.
Мы погружаемся в уютное молчание, пока я выруливаю на главную дорогу. Небо уже темнеет, наливаясь сумеречной синевой, последние лучи солнца едва цепляются за горизонт.
Проходит несколько минут, прежде чем она бросает на меня взгляд и хмурится.
— Ты пропустил поворот.
Я смотрю на дорогу, сдерживая улыбку.
— Знаю.
Она оглядывается через плечо.
— Айронхорс остался позади. Я думала, мы едем к тебе?