Я качаю головой.
— Бросил ее, когда был ей нужен?
Альберт коротко кивает, медленно и хмуро.
— Именно. Разбил ей сердце.
Внутри меня, где-то под ребрами, вспыхивает глухой гнев. Защитный. Яростный. Возможно, неразумный. Но я ничего не могу с собой поделать. От одной мысли, что кто-то мог развернуться и уйти от Мэтти Шторм в самый тяжелый для нее момент, у меня сжимаются челюсти.
— Ну и мудак, — бормочу я.
Альберт лишь жмет плечами.
— Некоторые мужики такие и есть.
Остаток обеда мы доедаем в тишине, оба кипя от злости. Альберт этого не замечает, а если и замечает, то вопросов не задает. Да я бы и не смог ничего объяснить. У меня нет никаких причин ненавидеть Карла так сильно, как в эту минуту. Я его не знаю. Да и Мэтти едва знаю.
Покончив с едой, мы поднимаемся. Я иду за ним к выходу, краем глаза приглядывая за Карлом, который внимательно провожает Альберта взглядом.
На прощание он хлопает меня по плечу.
— Чудес не обещаю, Кейсон. Но если ты серьезно и если ты уважаешь ее — тогда да, я поддержу тебя перед Мэтти, когда придет время.
— Я серьезно. И уважаю.
Он поправляет шляпу и выходит за дверь.
А я задерживаюсь еще на секунду, прищурившись глядя на Карла, и гадаю, почему вдруг чувствую, будто только что встретил человека, с которым мне еще придется мериться силами и далеко не в одном деле.

Глава 10
На кухне пахнет просто божественно — свежеиспеченным хлебом, который остывает на столе, запеканкой в духовке и едва уловимым сладким ароматом персикового варенья Эвелин Шторм. Окна приоткрыты, впуская прохладный полуденный воздух и далекий гул ветряка, лениво крутящегося на ветру за домом. Я сижу за кухонным столом, положив локти на потертую сосновую столешницу, вместе с сестрами, Кейбом и дедушкой с бабушкой.
— А Альберт где? — спрашивает бабушка, ставя хлеб в центр стола.
— У него там какие-то дела были. Сказал, перекусит в городе, — отвечает Кейб, уже потянувшись за куском.
— Мог бы и предупредить, — ворчит бабушка, подвигая дымящееся блюдо со стручковой фасолью по столу к Кейбу. — Я не для того все утро обдирала мясо с куриных костей ради этой огромной запеканки, чтобы потом ее выкинуть, потому что никто не ест.
Шелби фыркает, беря свою талку.
— Кейб один все это слопает.
Кейб косится на нее.
— Эй, я растущий организм вообще-то.
Бабушка смеется, а я бросаю взгляд на часы над раковиной. Половина первого. Обед должен был начаться в полдень, но Кейб припозднился, а Чарли притащилась еще минут через десять после него.
В этом доме ни у кого нет никакого чувства времени.
Наконец я откидываюсь на спинку стула с полной тарелкой: куриная запеканка, стручковая фасоль и горячий хлеб на закваске, щедро намазанный персиковым вареньем. Пятничные обеды у нас всегда сытные. По пятничным вечерам бабушка играет в бунко со своими церковными подругами, так что ужинать нам приходится самим, и она всегда старается плотно накормить нас в обед.