Мы попрощались, и я направился к своему пикапу, который все еще стоял перед крыльцом.

Глава 3
Домик показался мне меньше, чем я ожидал.
Он примостился позади главного дома, у самой опушки леса, в тени осин и высоких скрученных сосен, на небольшом возвышении, откуда открывался отличный вид на восточное пастбище. Ничего особенного — обычные грубо обтесанные бревна, жестяная крыша и крыльцо в две ступени, которые не мешало бы ошкурить и покрыть свежей морилкой. Но сруб был крепкий, а большего мне и не надо.
Я подогнал пикап почти к самому входу, заглушил мотор и вылез из кабины. Вещмешок лежал на пассажирском сиденье рядом с коробкой книг, сумкой для ноутбука и единственной фотографией родителей в рамке, которую я всегда возил с собой: мама улыбается на фоне нашего старенького «Шевроле», отец опирается на капот с сигаретой в руке, и один уголок его рта приподнят в усмешке.
Все вещи я умудрился занести за один заход. Дверь скрипнула, когда я толкнул ее плечом, и мне в нос ударил запах моющего средства, кожи и старого дерева. Пахло моим детством.
Внутри было довольно чисто. Присцилла, должно быть, прислала кого-то пройтись здесь со шваброй и тряпкой перед моим приездом.
Потертый кожаный диван стоял напротив дровяной печи. Над ней на полке примостился телевизор. Небольшой стол с двумя деревянными стульями устроился у окна неподалеку от открытой кухни, которая ютилась в углу: газовая плита, узкий холодильник. В шкафчике над столешницей, где стояли кофеварка и микроволновка, нашлось ровно две кружки, банка с молотым кофе и пачка фильтров.
Я бросил вещмешок на двуспальную кровать в смежной спальне — простая рама, серое фланелевое белье, толстое шерстяное одеяло, сложенное в ногах. Каждая деталь в этом домике была практичной. Функциональной. И только моей.
Конечно, это было далеко не то роскошное жилье, что я снимал в Техасе, но на первое время мне хватит с головой.
Следующий час я потратил на то, чтобы разложить вещи. Одежду — в небольшой шкаф. Ноутбук — на стол. Стопка потрепанных книг — по управлению ранчо, учету родословных, теории финансов и пара триллеров Дина Кунца — отправилась на полку рядом с телевизором. Предметы гигиены — на тумбу у душевой кабины в ванной.
Рядом со столом я повесил маркерную доску, которую притащил с собой из Техаса, и сразу же набросал на ней схему ротации пастбищ и сезонные планы. Фотографию родителей я поставил на подоконник над кухонной раковиной.
Я остановился и окинул жилье взглядом. Не хоромы. Но теперь это мой дом.
Я вытащил один из стульев на улицу и уселся на крыльце с бутылкой пива, которую нашел в холодильнике, — с ручкой в руке и открытым блокнотом на коленях. Солнце начало садиться за хребет, отбрасывая на землю длинные золотые тени. За забором пасся скот. Ветерок дул прохладный, с запахом осени. Как же мне этого не хватало.