Порыв ненависти к тому, кем он является, заставляет меня тотчас отвести взгляд от искушения. Нет, я не Ева, и этот змей никогда не заставит меня надкусить его смертоносное яблоко.
Так почему же его вкус уже лежит на твоих губах, Эмилия?
Сознавая ожесточённую борьбу, бушующую во мне, Дориан гладит свою щёку, забавляясь этим моральным наказанием, которым ему нравится потчевать меня каждый вечер.
В конце концов он вздыхает с досадой, но не сдаётся.
Он знает.
Рептилия знает, что я намерена принять его убийственные верования. И его жадный взгляд даёт мне понять, что это лишь вопрос времени, прежде чем я потеряю крылья и поползу рядом с ним в его ад.
— Однако, — соглашается он насмешливым тоном, — музыка — достойное средство. Хотя моё чуткое ухо ценит куда больше нежную погребальную песнь смерти.
Он берёт мои пальцы своей рукой, полной решимости прикончить меня, и кладёт их на клавиатуру.
— Закрой глаза, Эмилия, — шепчет он. — Закрой и расскажи мне этот сон. В ожидании, когда мы наконец сможем разделить наш собственный.
Глава 3
Принадлежишь ли ты мне?
Эмилия
Женская медицинская школа,
Хантер-стрит, Лондон
23 июля 1888 года
Сидя в актовом зале, я не перестаю бросать взгляды на дверь, закрывшуюся за моей надеждой увидеть, как он придёт вовремя. Гнев вонзает свои раскалённые клыки в мою плоть.
Разгорячённая его отсутствием приличий, я переношу свою ярость на чёрное кружево в три яруса моего турнюра из глициниевого муарового шёлка.
Я думала, что с гордостью ношу цвета моего учителя, но эта дань внезапно кажется мне выгравированной, как эпитафия, на моём теле, которое терзают убийственные порывы.
Слева от меня тяжёлые каштановые локоны Леноры выбиваются из причёски по мере того, как я бросаю на неё свой злопамятный взгляд.
Её пухлая рука ложится на мою, утешая.
— Он придёт, — шепчет она тихо.
— Нет, — лаконично возражаю я. — Он не придёт.
Потому что я ничто.
Мои воспламенённые радужки скользят по нашей деканше, мисс Элизабет Блэквелл, чей властный голос вызывает на сцену выпускников.
Окончание второго курса знаменует поворот в нашей медицинской учёбе. Поскольку женская школа несколько лет назад заключила контракт с Королевской больницей, мы теперь можем проходить там клиническую практику.
По крайней мере, те из нас, кто этого хочет.
— Тебя не огорчает, что ты не пойдёшь до конца в учёбе? — снова спрашиваю я её.
Её кукольное лицо расцветает любовными красками.
— О, нет. Доктор Томас Нил Крим — это всё, о чём я не осмеливалась и мечтать. Мне не терпится стать его женой.
Порыв радости за другого заставляет меня разделить её эйфорию. Я сильнее прижимаю её ладонь к своей. Огромный бриллиант её обручального кольца впивается в мою плоть.