— Собирала по крупицам, — польщённо улыбнулась Ядвига. — У нас ведь как: фундамент — это дом, сердце — это котёл, а кровь — вот эти самые ингредиенты. Когда всё это работает вместе, открываются любые двери. Захочу — даже в Навь шагну, — она прищурила глаза и посмотрела на котёл. — Ладно, заболталась я, отвлекаешь только.

Ядвига повернулась к сербу, который сделал над собой усилие и преодолев некоторое хорошо заметное сомнение, смог выпить несколько мелких глотков из термокружки.

Ведьма подняла правую руку, выставив вверх указательный палец.

— Да снидет дрёма… — протянула она.

Ведьма качнула пальцем, и серб обмяк, развалившись на кресле, голова свалилась набок, термокружка выпала из ослабевших пальцев.

— А зачем сон? — не понял я, поднимая термокружку и пристраивая её на полке одного из стеллажей.

— Так удобнее и нужно для моей практики, — ответила Ядвига. — Двадцать два ингредиента, почти всё готово… Три нужных, остальные для стабилизации процесса и как катализаторы. Вы знали, что химию основали и развивали ведьмы? Не зря церковники алхимиков гоняли в средневековье, ох не зря… Ладно, что-то я отвлеклась. Значит, говорите, дед сам к нему приходит?

— Мы так не говорили, — ответил я. — По словам Милоша, дед приходит к нему во снах и пытается поговорить.

— Это одно и то же. Но это несколько упрощает, не придётся настраиваться на нужную душу. Просто создадим условия…

Ядвига взяла со стеллажа узкий флакон с тёмной жидкостью, открыла, понюхала и добавила в чан всего каплю.

От этой капли вода, которая до этого момента была почти спокойной — вскипела и стала заметно темнее.

— Кстати, пока не забыла, — Ядвига вернула флакон и задумчиво посмотрела на слабо кипящий чан, от которого вопреки стереотипам пахло вполне прилично, чем-то вроде лаванды и лимона. — Что там Аспид, удалось его найти?

— Удалось, — со вздохом ответила Василиса. — Мы даже пообщались. Только он отказал.

— Чего так? Он же вроде аскетичный змей, к тому же сам был стражем на границе миров? — удивилась Ядвига.

— Говорит, что мир Навь ему опостылел, быть охранником, как в «Пятёрочке», ему тоже обрыдло, к тому же терпеть не может род людской, — обобщил я. — Словом, мотивации у него нет.

— М-да. Действительно, людей он не любит. Я-то, грешным делом, думала, наоборот, так он будет подальше от живых, попроще, — искренне расстроилась Ядвига. — А он вот какой. Ну, хоть не напал на вас?

— Нет, он очень цивилизованный и даже гостеприимный человек, накормил, напоил, спать уложил, — поспешила реабилитировать Аспида Василиса. — К тому же, предложил нам спросить Василиска. Единственная проблема, что тот живёт в Санкт-Петербурге.