— Не могу.

— Это еще почему, черт возьми?

Я поднимаюсь и направляюсь к выходу.

— Мне пора.

— И это все? — кричит он мне вслед. — Ты просто продолжишь этот фарс?

— Именно.

— Да ради всего святого, Адриано! Почему ты не хочешь сказать ей, что это ты?

Я замираю в дверях.

— Потому что ей нужен тот, другой парень. Не я.

Пока я выхожу от Бартоломью, пара сигналов в кармане оповещает о входящих сообщениях. Первое оказывается от водителя моей жены, Тео, который докладывает, что они на пути к Серафине Фаббри. Второе с незнакомого номера.

10:59 Неизвестный:

Тепло, что ты назвать не смел,

Поймешь ты слишком поздно, друг.

Твоё уйдет, как ты хотел,

Как пыль сквозь пальцы из-под рук.

Паника, мгновенная и абсолютная, взрывается в моей груди.

***

Элегантный черный автомобиль притормаживает перед недавно отремонтированным шестиэтажным жилым домом, и водитель спешит обойти машину, чтобы открыть заднюю пассажирскую дверь. Моя жена выходит, держа в руках два пластиковых контейнера. Согласно отчету моей экономки, в одном из них ньокки болоньезе, а в другом салат капрезе. Айрис приготовила и то и другое сегодня утром для матери. Она везет маме домашний обед и делает это как минимум трижды в неделю.

Кто-то другой не стал бы утруждать себя часовой поездкой через весь город только ради того, чтобы привезти матери еду. Они бы просто заказали доставку. Но не Айрис. Она вообще не считает это обузой. Моя жена просто умеет заботиться. О своей матери. О своих друзьях. О совершенно случайных людях, которых она даже не знает. Я и раньше знал эту ее черту, но почему-то только сейчас она стала очевидной до предела. Она искренне заботится обо всех вокруг.

Черт возьми, эта женщина до сих пор работает волонтером в приюте для бездомных. Факт, который чуть не довел Брамса до остановки сердца, когда ему впервые пришлось организовывать ее охрану.

Она заботится даже обо мне. Просто потому, что она такая, какая есть. Она до сих пор оставляет в холодильнике контейнеры с домашней едой, чтобы я их нашел. Обеды. Ужины. Даже ленивую овсянку на завтрак. Вкуснейшую еду для человека, которого она, вероятно, предпочла бы видеть горящим в аду.

Что ж, я не хочу, чтобы она просто заботилась обо мне.

Я хочу от нее того же, что получает он. Хочу, чтобы она принимала меня в свои объятия и дрожала в моих руках так же, как с ним. Хочу, чтобы ее крики наслаждения были предназначены мне. Ее прикосновения. Ее прошептанные слова. Все! Я хочу все, что сейчас принадлежит ему.

Я утыкаюсь ладонями в виски и сильно сдавливаю их. Ненавидя свои отчаянные мысли. Эти… чувства. Чувства, которые я больше не могу игнорировать.