Почему он продолжает прятаться? Какую часть себя он скрывает от меня?

Каждый новый ответ, который я нахожу, порождает очередной вопрос.

Мои пальцы продолжают исследовать его лицо, очерчивая брови.

— В бесплатной клинике в моем старом квартале, той самой, о которой я рассказывала тебе в прошлом месяце, все-таки появился новый аппарат УЗИ. Кто-то анонимно пожертвовал самое передовое оборудование. Оно прибыло в среду.

Ни звука, разумеется.

Подавшись вперед, я прижимаюсь своими губами к его губам.

— Я знаю, что это был ты.

Хмыканье. Даже не такое, которое можно было бы принять за признание. Как бы сильно я ни старалась и что бы ни говорила, он не сбрасывает завесу, не снимает маску. Держит меня в неведении. Запертой за повязкой — как реальной, так и метафорической.

Мне хочется кричать от фрустрации. Желание трясти его до тех пор, пока он во всем не признается, сводит меня с ума. Я хочу наорать ему прямо в лицо. Потребовать правды. Сказать «почему?». «Почему?» на миллион других вопросов. Но с другой стороны, я слишком боюсь того, каким окажется его ответ.

— Мне бы хотелось, чтобы мой муж был больше похож на тебя, — шепчу я. Это моя последняя отчаянная попытка, единственная вещь, которая, как я поняла, заставляет его сорваться.

Рука Адриано обвивает мою талию, и он резко переворачивает нас. Одним мощным, молниеносным движением он оказывается надо мной, придавливая своим весом к матрасу. Его дыхание поверхностное и частое — верный признак бушующей внутри ярости. Любые сравнения между ним и моим мужем — единственное, что неизменно спускает курок.

Он резко входит в меня, продвигаясь до самого упора и заполняя меня целиком, отчего я судорожно хватаю ртом воздух. Он огромный, и моя киска все еще горит после предыдущего раунда, но нет чувства прекраснее, чем ощущать его внутри себя. Его рот врезается в мой, захватывая его в яростном поцелуе. Пока наши языки ведут войну, он подается назад, только чтобы снова с силой вбиться в меня. Жестко. Еще жестче. Снова и снова. Его темп не замедляется ни на секунду.

Мои ногти вонзаются в плечи Адриано, я развожу ноги еще шире, нуждаясь в большем количестве его тела. Желая, чтобы он был как можно ближе. Он вколачивается в меня как одержимый. Мое лоно пульсирует от каждого толчка, стенки спазматически сжимаются вокруг его члена. Я отрываю свой рот лишь на мгновение, чтобы глотнуть воздуха, а затем снова притягиваю его для поцелуя. Представляя, что я с ним настоящим. Со всем им. Не с тем молчаливым гостем, в существование которого он хочет заставить меня верить. И не с тем безжалостным человеком, который приходится мне мужем. А с мужчиной, который кажется бесчувственным, но при этом способен совершать удивительные, благородные поступки. Для меня. И для других. Я не хочу какую-то одну его сторону. Он — это обе эти ипостаси. Обе они — это он. Мне нужен этот мужчина. Истинный Адриано. Я хочу, чтобы он заявил права на мое тело и душу.