Запах океанского бриза исчез.

— Все в порядке? — бодрый голос Мэгги заставляет меня вздрогнуть. — Можешь снимать повязку.

Мои пальцы слегка дрожат, поэтому мне требуется несколько попыток, чтобы развязать шелковый узел. Когда я наконец стягиваю ленту, я зажмуриваюсь от хлынувшего в глаза резкого света. Часто моргая, я с жадным любопытством принимаюсь осматривать комнату.

Пространство выглядит элегантно, но без пафоса и вычурности. Комната не кажется бутафорской, наоборот она уютная и обжитая. Вдоль светло-серых стен тянутся многочисленные книжные стеллажи, заставленные настоящими книгами, а не бутафорскими корешками ради иллюзии. Какие-то в твердом переплете, какие-то в мягком; одни аккуратно задвинуты, другие лежат плашмя. Тяжелые портьеры закрывают окно, скрывая вид за ним. Они бархатные, цвета дорогого бордового вина. Посреди комнаты — два стоящих друг против друга дивана, между которыми расположился кофейный столик из красного дерева. Мягкая обивка идеально сочетается с портьерами. Торшер возле дивана, еще один в углу и настольная лампа у барной стойки освещают пространство. Теперь, когда мои глаза привыкли, я замечаю, что их свет приглушен, что создает очень уютную атмосферу.

Даже не знаю, чего я ожидала. Что комната будет выкрашена в красный? Или что повсюду будет черный шелк и кожа? Плетки и цепи вокруг кровати с балдахином? Ничего подобного здесь нет. Комната больше похожа на приятный уголок для чтения, чем на место разврата. Все так обыкновенно. Роскошно, дорого, да. Но обыкновенно.

— Сейчас переоденешься, и машина, которая тебя привезла, доставит тебя домой. Она ждет на заднем дворе, — щебечет Мэгги, уводя меня из комнаты по коридору.

Пока мы идем к гардеробной, у нее звонит телефон. Стоит ей ответить, как ее жизнерадостный тон улетучивается. Слова звучат натянуто. Думаю, человек на том конце провода дает ей четкие указания, потому что все, что она отвечает, это: «Разумеется, сэр» и «Я поняла, сэр». Она завершает вызов как раз в тот момент, когда мы доходим до места.

— Ну что? — ее голос снова становится приподнятым. — Тебе понравился вечер?

Я перевожу взгляд на свои руки, сжимающие шелковую повязку. Не уверена, что это можно назвать словом «понравился», но все прошло неплохо. После того как первоначальный страх улегся, находиться там стало легче. Было даже полезно в каком-то смысле — просто выговориться о всяких незначительных, случайных вещах.

Я пожимая плечами.

— Все прошло нормально.

— Рада слышать. — Она наклоняется ближе. — Твой сегодняшний гость остался очень доволен твоей компанией и хотел бы увидеть тебя снова. Ты не против? Но ты должна знать: он запросил эксклюзив.