Вокруг уже собралась толпа. Меньше, чем вчера во время фейерверка, но всё ещё многочисленная — десятки, если не сотни глаз, устремлённых на меня с жадным любопытством. Лорды и леди, слуги и стражники. Все пришли посмотреть на «представление».
Король и принц сидят у колонн, в высоких креслах с резными подлокотниками. Король — мрачный, с тяжёлым подбородком, утонувшим в горностаевом воротнике. Принц Роберт — с тёмными кругами под глазами. Он смотрит на меня с растерянностью. Словно до сих пор не может поверить, что девушка, с которой он танцевал и пил вино, проявлял симпатию, вдруг оказалась хладнокровной убийцей. Мне хочется крикнуть всем, что это не я, и все происходящее — одна нелепая гигантская ошибка. Но слова не идут. Большинство в толпе смотрит на меня с осуждением и яростью.
Рядом с королевскими креслами крутится с десяток важных мужей с седыми бородами, в расшитых золотом мантиях. Советники, судьи — не знаю, как их правильно называть. Они перешёптываются, бросают на меня оценивающие взгляды, и от них неуютнее вдвойне.
А по правую руку короля застыл Хромой Герцог. Он стоит неподвижно, как чёрный ворон на плече у Смерти. Мой собственный вестник скорой гибели. Его лицо вообще ничего не выражает: ни гнева, ни сочувствия, ни любопытства. Неужели ему чужды человеческие эмоции? Холодный сухарь!
Поёжилась под мужским взглядом и заставила себя поднять голову выше. Если уж мне суждено умереть и в этом мире — а я, кажется, становлюсь специалистом по глупым смертям, — то пусть видят: меня не сломить! Ни слезинки не дождутся. Умолять не стану. Я современная девушка, а не какая-то там запуганная аристократка. И пусть на деле боюсь до дрожи в коленях, никто об этом не узнает. Достаточно и того, что едва не разрыдалась перед герцогом.
Один из седобородых мужей выступает вперёд. Его скрипучий и монотонный голос, разносится над притихшей толпой:
— Перед вами стоит молодая девица, двадцати трёх лет от роду, принадлежащая роду Нотингейлов.
Нотингейлы, значит. Ну хоть теперь узнаю фамилию, которую вынуждена носить.
По толпе пробегает волна шепотков. Я заметила, как несколько дам прикрыли рты веерами, а какой-то лорд скривился, словно у него внезапно разболелся зуб. И что с этим родом не так? Почему одно только его упоминание вызывает такую реакцию?
— Тише, дамы и господа, тише! — старик призвал к порядку и продолжил, поглядывая на меня маленькими, глубоко посаженными глазками, из-под нависших бровей. — Элиана Нотингейл — последняя из некогда великой ветви старого королевского дома. А значит, у неё могли быть мотивы организовать нападение на Его Величество. Так сказать, желание вернуть трон, отнятый у её предков, восстановить власть рода.