— Нет так нет.
Стычка так стычка. Ну, а то, что в результате этой стычки кто-то потерял земли, а кто-то приобрел и с обеих сторон погибли люди — мелочи, не стоящие упоминания.
— И Вольф в ней не участвовал. По крайней мере, в битве. Его задача была иной.
— Ксавье?
— Он еще не приехал.
— Цайт?
— Цайт… — старший сотник остановился у огромного окна и посмотрел наружу, — Цайт движется сюда таким образом, что не может дать о себе знать, но с ним все в порядке. Должно быть в порядке, иначе о его провале узнали бы не только мы, но и газеты. Впрочем, судя по пришедшим ранее докладам — задание будет выполнено. Ваш приятель — крайне изворотливая личность.
— Мне позволено будет отправиться на помощь Цайту?
— Нет. Это его задание и он должен выполнить его сам. Зачем мне офицеры, которые не могу работать самостоятельно? Это первая причина. Вторая — сейчас ты, Йохан, будешь отдыхать. Встретишься с друзьями, с девушками, развеешься… А потом готовься к новому заданию. Очень важному. Очень серьезному. Для начала — будешь изучать брумосский.
— Кого-то нужно будет вывезти из Брумоса? — голос Йохана опять стал безразличным.
— Ну же точно не для того, чтобы ограбить брумосское посольство, — усмехнулся Симон, — Узнаешь в свое время. Сейчас — отдыхать. Это приказ!
Йохан встал, коротко поклонился и вышел из кабинета старшего сотника, пропустив внутрь еще одного смутно знакомого младшего сотника, тоже, очевидно, вернувшегося с задания.
Вольф ранен, Ксавье не приехал, Цайт пропал… Отдыхай, Йохан и ни о чем не беспокойся…
В памяти всплыл теплый образ Каролины айн Зоммер. А нужен ли он ей? Нужен ли…
Он машинально взял со столика в приемной газету, пробежал глазами заголовки, большая часть которых была посвящена событиям в Грюнвальде…
Замер. Впился в газетную страницу взглядом.
Больше буквы, броский заголовок.
«Душитель во Флебсе?».
Под ним многословно и путано рассказывалось о том, что знаменитый — знаменитый! — убийца, известный в Белых землях по прозвищу Душитель, похоже, сменил область своего обитания и кровавых утех — откуда взялась кровь, если жертв душили, журналист не уточнил — и теперь развлекается в охваченном огнем революции Флебсе. Так, несколько женщин… были найдены задушенными… одна из них — 25 числа месяца Мастера…
День, когда он, Йохан, приехал в Флебс.
Еще одна… Последняя была найдена… Была найдена… Была найдена…
Йохан усмехнулся. Потом издал короткий смешок. Потом рассмеялся. Он хохотал и хохотал, глядя сквозь выступившие слезы на прибежавших в приемную людей, он хохотал, не в силах остановиться, чувствуя, как огромная скала, придавившая и расплющившая его душу, терзавшая его последние месяцы, треснула и разлетелась на мириады осколков.