Ученые подошли к пациенту 2468 и встали вокруг него тесным кругом. Лундин достаточно оправился, чтобы поднять с пола свой планшет.

– Столько месяцев провел под землей, а все еще буйный шельмец, да? – заметила Кук, присев на корточки и дотрагиваясь до мужчины, который оставался совершенно неподвижен. Она не могла до конца поверить в то, чем они занимались. Кеста наблюдала, как Кук ощупывает ногу пациента, загипнотизированная странной на ощупь бедренной костью и впалыми мускулами. – Ты боец, вот ты кто, – произнесла она и оперлась на руку Кесты, чтобы подняться на ноги.

– Почему он меня атаковал? – спросил Лундин у Дадли, будто свежеобретенные навыки зомби-матадора последнего шли в комплекте с немедленным повышением. Лундин был сконфужен, это очевидно. Сконфужен из-за того, что от ужаса шлепнулся на задницу прямо перед подчиненными. Однако при этом причины его стыда были куда глубже. Как и многие менеджеры до него, Лундин позабыл все, что некогда делало его хотя бы посредственным ученым.

Глубоко в душе Кеста допускала мысль, что он, вероятно, всегда был из крепких середнячков, чьи заурядные провалы работали как спасательные жилеты, которые, наряду с ничем не подкрепленной самоуверенностью, помогали подняться на самый верх. Лундин разлюбил вирусологию, микробиологию и передумал избавлять людей от болезней; он попросту перестал получать от всего этого удовольствие. Теперь он склонял голову перед деньгами и престижем – и расшаркивался перед ними. Кеста поняла, что в каком-то странном смысле у нее было перед ним преимущество. Там, где у Лундина были официальная квалификация, повышенная пенсия и громкое звание, у нее самой были навыки, проницательность и мужество.

Кеста наклонилась, чтобы разглядеть пациента получше – он лежал совсем без чувств, его желтые глаза вперились в потолок. Учитывая обстоятельства, он был в хорошем состоянии. Она задумалась: если бы она бросила Тима, выглядел бы он сейчас так же?

– Он хочет крови, – объявила она. – Нам известно, что именно так распространяется вирус и именно кровь вирус и питает. Я думаю, вирус становится сильнее, когда передает себя. Отсюда и постоянное стремление укусить.

– То есть он сейчас слабее, потому что давно никого не кусал? То есть не ел? – уточнила Кук.

– И что вы предлагаете, Шелли? Подать ему одного из техников на обед? – фыркнул Лундин.

– Лундин, послушайте, – грозно произнесла она и впервые в своей жизни почти оказалась выше другого человека. – Он не пробовал крови, а вирус требует этого – чтобы его яростно передавали в другие тела. Носитель набирает силу по мере того, как вирус становится более могущественным.