– Поддерживаю, – кивнула Кук.

Сила разгневанных вдов в квадрате нейтрализовала намеки на любое сопротивление со стороны вышестоящих лиц. Лундин был не в настроении спорить с Кестой. Вместо этого он перешел к примирительной тактике, которая раздражала ничуть не меньше: он подошел так близко к Кесте, насколько позволяли их костюмы, от чего его визор стукнулся о ее.

– Ладно, ладно, – нехотя протянул он. – Это хорошая мысль. С этим мы можем работать.

– Погоди-ка. – Дадли опустил ладонь на руку Кесты. – Ты кое-что сказала… Уних теряется способность к свертыванию крови. У кого – уних?

Кеста с трудом сглотнула и понадеялась, что растерянность на ее лице сойдет за надменность.

– Это очевидно, если пораскинуть мозгами, – отрезала она, возможно, даже слишком многозначительно, поскольку Дадли вздрогнул. – Они постоянно истекают кровью. Я про тех, что были раньше, в смысле, в разгар вспышки. Они ломают кости. Они покусаны и тяжело ранены. Они постоянно теряют кровь, но не умирают от кровопотери. Что-то не дает их крови сворачиваться, и все же для них это несмертельно.

– Значит, вирус каким-то образом управляет изменениями в организме инфицированных, из-за чего их кровь меняет свои функции? Она больше не обслуживает тело, не разносит питательные вещества и кислород?

– Именно. Полагаю, у нее остается единственная функция – переносить вирус. Они могут оставаться в этой не-мертвой фазе если не бесконечно, то, как мы видим по Дейву, достаточно долго. Мы не можем исключить и того, что Дейв ел вредителей или отходы, пока находился в канализации, но в то же время не можем отрицать тот факт, что он мог вообще ничего не есть многие месяцы. Что-то в крови меняет человека, пораженного вирусом, позволяя ему существовать в новом состоянии практически в гибернации. Вирус будит их, только когда появляется возможность заразить кого-то другого. Тело просто ждет в стазисе. Ожидает следующего носителя.

– Может, нам стоит поизучать особенности животных, которые надолго впадают в спячку? – предложил Дадли. – Тех, кто может обходиться без еды и воды?

– Вроде акул, – предложила Кук, – они могут жить без еды около десяти недель. Я как-то видела одну передачу на эту тему. Чем дольше они голодают, тем лучше потом охотятся.

– В мире полно видов, способных существовать на грани жизни и смерти, – сказал Дадли. – Например, протей европейский: земноводное, всю жизнь проживающее в самых темных уголках подземных пещерных систем под Динарскими Альпами. Эти существа совершенно слепы, но их остальные чувства невероятно развиты. Они живут, питаются и плодятся под водой, не нуждаясь ни в воздухе, ни в солнечном свете. Исследования показывают, что они могут обходиться без еды до десяти лет.