Никто в этом помещении не желал выслушивать то, что ему предстояло сказать в тот день, спустя шесть недель после начала расследования, потому что слушать это было слишком тяжело. Но именно поэтому рассказ и нужно было услышать, ион лучше всего подходил для этой цели. Надо было заставить их выслушать. Наши показания – все, что у нас есть. И хотя свидетели часто оказываются ненадежными, этот таковым не был.

Доктор Дадли Кэринг занял свое место: уселся на стул за единственным столом, установленным в центре зала. Положил перед собой свои бумаги и отпил воды из поджидавшего его стакана. Постучал по микрофону и услышал, как усиленный звук разнесся по помещению.

– Доброе утро, – поприветствовал он, и микрофон не взвизгнул, а об этом он беспокоился больше прочего, – уважаемые коллеги, представители прессы и члены семей, что присоединились к нам сегодня. – Он обвел рукой ряды мрачных лиц позади себя, несущих отпечаток недавно пережитого горя. – Меня зовут доктор Дадли Кэринг, я возглавляю отдел биотехнологий в Портон-Дауне. Я являлся ведущим научным сотрудником исследовательского центра в проекте «Рассвет».

Когда он произнес это название, люди ахнули. Рокот пронесся по галерее, сверкнула вспышка, и один из министров попросил фотографа соблюдать порядок в зале суда и убрать камеру.

– Проявите уважение к зараженным, – произнес председатель комиссии по делу. – Инцидент в Борн-Вэлли оставил неизгладимый след в жизни каждого из нас. Доктор Кэринг, прошу, продолжайте.

И тогда Дадли вывернулся перед ними наизнанку, словно проводил вскрытие самому себе. Они заглянули внутрь него, увидели каждую его кость, каждый его вздох, и он позволил им пристально вглядываться в пугающее нутро живого человека. Он надеялся, что это поможет им понять непостижимое. Он изложил цепочку событий, приведшую к заражению шести жителей деревни в пяти милях от биолаборатории Портон-Даун в ноябре предыдущего года. Рассказал о том, как проходил процесс транспортировки зомби, пережившего вспышку вируса восемью месяцами ранее, в центр, где он должен был получить лечение под наблюдением доктора Элизабет Анкоры. Ему и пациенту, Тимоти Шелли, предложили убежище на объекте в обмен на доступ к передовому препарату, который он разрабатывал, под кодовым названием «Реаниматор-D ». Их путешествие проходило относительно гладко, пациент был послушен и находился под действием седативных препаратов. Дадли рассказал о том, что он, доктор Кэринг, не был в автомобиле в тот момент, когда пациент, мистер Шелли, каким-то образом выбрался из него и оказался на свободе. Обнаружив, что мистер Шелли больше не находится под его контролем, он предпринял все необходимые меры, объяснял Дадли, чтобы помешать мистеру Шелли добраться до деревни на другой стороне поля. Он предупредил Портон-Даун и запросил срочное подкрепление, а затем прервал звонок и позвонил в экстренные службы. Нет, со своего места в телефонной будке он не мог четко видеть, что происходит. Да, сегодня он, ровно так же, как и тем утром, убежден в том, что никто не мог предвидеть побег мистера Шелли.