— Помнишь, как мы впервые встретились? — спросила она.

— Я вспоминаю каждый день, — ответил он. — Ты была мокрой, злой и прекрасной.

— А ты был пьяным и невыносимым.

— Я всё ещё невыносим, — сказал Грейсон, и Аурелия рассмеялась.

Он взял её за руку и притянул к себе. Она оказалась у него на коленях, и он почувствовал

тепло её тела через тонкую ткань платья.

— Я хочу тебя, — прошептал он, касаясь губами её шеи.

— Я знаю, — ответила она, и в её голосе звучала та же страсть. — Я тоже хочу тебя.

Он поцеловал её, глубоко, жадно, и она ответила ему. Его руки скользнули по её спине, по

бёдрам, и она выгнулась навстречу.

— Виктория может проснуться, — прошептала Аурелия, но не остановила его.

— Она спит, — ответил Грейсон, расстёгивая пуговицы её платья. — И няня с ней.

— Грейсон…

— Я люблю тебя, — сказал он, глядя ей в глаза. — И я хочу тебя. Прямо сейчас.

Аурелия больше не спорила…

Позже, когда они лежали в постели, переплетя руки, и смотрели на огонь в камине, Грейсон

почувствовал, как она вздохнула.

— Сегодня пришло письмо из Шотландии, — сказала она. — Моя мачеха умерла.

Грейсон повернулся к ней.

— Ты расстроена? — спросил он, хотя знал ответ.

— Нет, — ответила она. — Я чувствую облегчение. Ужасно такое говорить, но я чувствую

облегчение.

— Это нормально, — сказал он. — Она причинила тебе много боли. И мне.

— Я знаю. Но я не хочу, чтобы Виктория знала о ней. Пусть она знает только хорошее.

— Она узнает, — сказал Грейсон. — Когда вырастет. И тогда ты расскажешь ей правду.

— Ты думаешь, она поймёт?

— Она умная, — ответил он. — Как её мать.

Аурелия улыбнулась и поцеловала его в плечо.

— Ты всегда знаешь, что сказать.

— Это мой талант, — ответил он.

Они замолчали, и Грейсон думал о том, как всё изменилось. Мачеха умерла в ссылке, одинокая

и забытая. Эдмунд, его брат, отсидел свой срок и теперь жил в маленьком поместье на севере.

Грейсон разрешал ему видеться с Викторией, но только когда сам был дома. Он не доверял

брату, но знал, что Эдмунд искренне сожалел о том, что сделал.

— Ты знаешь, — сказала Аурелия, — что твой брат приезжал сегодня?

— Виктория говорила, — ответил он. — Он привёз ей книгу.

— Он хочет быть частью её жизни, — сказала Аурелия. — Это хорошо, но я всё ещё боюсь.

— Я тоже боюсь, — признался Грейсон. — Но я думаю, он заслуживает шанса. И он никогда не

причинит ей вреда.

— Ты уверен?

— Я уверен, что если он попытается, я убью его, — сказал Грейсон, и в голосе его не было

шутки.

Аурелия прижалась к нему.

— Знаешь, я иногда думаю, что это всё сон, — сказала она. — Что я проснусь в Москве, одна,