Эдмунд кивнул и вышел из кабинета, не оборачиваясь.
Грейсон остался один. Он подошёл к столу, взял письмо Уилсона, перечитал ещё раз. Потом
поднёс лист к свече и поджёг.
Бумага занялась огнём, скорчилась, почернела и упала пеплом на мраморную подставку.
Он не знал, виновен ли брат. Но он знал, что правда где-то рядом. И он найдёт её.
Глава 12
Я поднялась к себе после ужина, и пальцы всё ещё сжимали маленький серебряный цветок.
Брошь, которую Грейсон нашёл в оранжерее. Ту самую, что он подарил Аурелии в день помолвки.
Свет свечи отражался от гладкой поверхности, и гравировка «А.Б. — Г.У.» бросала крошечные
тени на мою ладонь. Подарок. Символ любви, которая, возможно, была настоящей, до того, как в
неё вонзили нож.
В комнате было тихо. Молли ещё не приходила, и я сидела в кресле у камина, перебирая в
памяти каждое слово сегодняшнего вечера.
«Вы не помните, как она упала?» — спросил Грейсон, и в его голосе слышалась надежда,
смешанная с отчаянием.
«Нет», — ответила я, и это была правда. Я не помнила, потому что меня там не было. Та
Аурелия, возможно, знала, но она ушла, оставив мне только тело и пустоту вместо
воспоминаний.
Дверь тихо скрипнула, и в спальню вошла Молли с подносом, на котором дымился травяной чай.
— Вы не спите, ваша светлость, — заметила она, ставя поднос на столик
— Мне не спится, Молли. Меня посещают разные мысли.
— О чём же, если не секрет?
Я колебалась. Девушка была предана мне, это чувствовалось. Она не сплетничала, не
перешёптывалась с другими слугами, не осуждала меня. Может быть, именно ей можно было
довериться.
— О той ночи, — сказала я, не уточняя, о какой именно. — О ночи перед свадьбой. Я пытаюсь
вспомнить, но не могу. Как будто кто-то стёр это из моей головы.
Молли присела на край кровати, сложила руки на коленях. Её лицо в свете камина казалось
бледным и серьёзным.
— Ваша светлость, — начала она нерешительно, — я не должна это говорить…
— Говори. Я не рассержусь.
— В тот день перед свадьбой вы были сами не своя, — произнесла Молли, понижая голос. — Я
помогала вам одеваться к ужину, а вы всё смотрели в окно. Будто кого-то ждали. Или боялись.
— Боялась?
— Очень боялись, — подтвердила девушка. — Ваши руки дрожали, когда я застёгивала браслет.
Вы даже уронили гребень и не заметили. Я подала его вам, а вы смотрели сквозь меня, как
сквозь стекло.
— Что ты подумала тогда?
Молли отвела взгляд.
— Я подумала, что вы не хотите выходить замуж. Что вас заставляют. Но потом, когда вы
сказали, что любите герцога… Я не знала, чему верить.
Та Аурелия любила Грейсона, в этом я не сомневалась. Иначе зачем соглашаться на брак,