проникал через небольшие окна под самым потолком, и в этом свете капли на стенах блестели,
как драгоценности.
Грейсон огляделся. В гроте никого не было. Он снял сюртук, аккуратно повесил его на крючок
у входа. Потом стянул рубашку через голову. Ткань на мгновение задержалась на лице, и он
вдохнул запах собственного тела, смешанный с запахом дыма и бренди. Он бросил рубашку на
скамью рядом с висящим сюртуком. Затем снял сапоги, поставил их у стены. Бриджи и нижнее
белье последовали за ними.
Он стоял обнажённым у края бассейна, и прохладный воздух касался его кожи. Его было
мускулистым, загорелым. Он много времени проводил на охоте и верховой езде, и отсутствие
сюртука не могло скрыть ширины плеч и силы рук. На груди, чуть ниже ключицы, был старый
шрам. След от удара саблей, полученный на дуэли много лет назад. Он не гордился этим шрамом,
но и не стыдился его.
Грейсон опустил ногу в воду. Вода была тёплой. Не горячей, не холодной, а именно такой,
какая нужна, чтобы расслабить мышцы и успокоить голову. Он вошёл в бассейн, сначала по
колено, потом по пояс, потом по грудь. Тёплая влага обняла его со всех сторон, смывая
напряжение последних часов. Он нырнул, проплыл несколько метров под водой, чувствуя, как она
скользит по его голому телу, как волосы шевелятся на затылке.
Он вынырнул у противоположного края, откинул волосы со лба и прислонился спиной к каменному
бортику. Вода доходила ему до подбородка, и он мог расслабиться, не опасаясь, что его
увидят. Здесь, в этом гроте, в тишине и полумраке, он мог думать. И он думал о Аурелии.
Она изменилась. Это было очевидно. Та Аурелия, которую он знал, была тихой, застенчивой,
почти безвольной. Она боялась смотреть ему в глаза, говорила шёпотом, краснела, когда он
брал её за руку. Эта же женщина — дерзкая, смелая, с горящими глазами и острым языком — была
другой. Совсем другой.
И он не знал, что с этим делать.
Он закрыл глаза и откинул голову назад, положив затылок на мокрый камень. Вода покачивала
его, как в колыбели. Где-то капала вода. Мирно и успокаивающе. Грейсон почти заснул,
расслабившись в тёплой воде, забыв о головной боли, о гостях наверху, о вчерашней ссоре.
И не услышал, как открылась дверь…
Глава 4
Я вышла из библиотеки быстрым шагом, но, оказавшись в коридоре, остановилась и прислонилась
спиной к холодной каменной стене.
Сердце колотилось где-то в горле, и я никак не могла унять дрожь в руках. Разговор с
Грейсоном вымотал меня больше, чем я ожидала. Он смотрел на меня так, будто пытался
заглянуть под кожу, будто искал там ответы на вопросы, которые сам себе боялся задать.