«Кто вы?» — спросил он.

Я не ответила. Потому что правда — что я из другого века, из другой страны, из чужой

жизни,прозвучала бы как бред сумасшедшей. Он бы не поверил. Или поверил бы и запер меня в

комнате с доктором.

Нет. Правду он узнает потом. Когда начнёт доверять мне. То есть если начнёт.

Я прошла по коридору, не зная, куда идти. Дом был огромным, и я ещё не успела его изучить.

Вчера, когда мы приехали, было темно, и Молли сразу провела меня в спальню. Сегодня утром я

спустилась в библиотеку, единственное место, которое показалось мне безопасным.

Теперь мне нужно было найти Грейсона. Я хотела продолжить разговор, задать ему ещё

несколько вопросов о Фэрбенксе, о той ночи, о свидетелях. Но он ушёл из библиотеки сразу

после меня, и я понятия не имела, где его искать.

Я остановила горничную, которая проходила мимо с охапкой свежего белья. Девушка была

молодой, с веснушчатым лицом и испуганными глазами, видимо, новенькая.

— Извините, — сказала я. — Вы не знаете, где его светлость?

Девушка покраснела и присела в книксене.

— Их светлость, кажется, пошли в грот, ваша светлость. Они часто купаются там по утрам.

— В грот? — переспросила я.

— Это бассейн, — пояснила девушка, ещё больше краснея. — В цокольном этаже. Там горячие

источники.

Я поблагодарила её и двинулась в сторону лестницы. Цокольный этаж значил, что нужно

спустится вниз. Я шла по широкой каменной лестнице, миновала несколько дверей, за которыми

слышались голоса слуг и звон посуды, и оказалась в длинном коридоре с низким сводчатым

потолком. Здесь было прохладно и сыро, пахло известью и старой кладкой. Свечи в нишах горели

тускло, отбрасывая на стены дрожащие тени.

Коридор заканчивался массивной дубовой дверью, окованной железом. Я подошла к ней и

прислушалась. За дверью было тихо, и слышался только мерный звук, похожий на плеск воды.

Я толкнула дверь.

Она открылась беззвучно, и я шагнула внутрь.

Грот оказался небольшим, но красивым помещением, вырубленным прямо в скале. Стены были

неровными, с выступами и углублениями, кое-где облицованными тёмно-зелёной мозаикой. Свет

проникал через узкие окна под самым потолком, и в этом приглушённом, рассеянном свете всё

вокруг казалось подводным, нереальным. В центре комнаты находился бассейн. Овальный,

глубиной не меньше двух метров, с водой такого чистого изумрудного оттенка, что я сразу

поняла: здесь действительно бьют горячие источники.

И в этом бассейне, прислонившись спиной к противоположному краю, полулежал Грейсон.

Он был совершенно обнажён.

Я замерла на пороге, и время для меня остановилось. Вода доходила ему до подбородка, но