— Серафина меня не любит. Ей плевать на меня, на мои чувства, на то, кто я такой на самом деле. Она просто использует меня. Использует как ступеньку к абсолютной власти, к месту в Совете, к статусу супруги важного члена Совета. И я не собираюсь быть послушной разменной монетой в играх её отца.

Я сглотнула, ошеломленная этой внезапной, яростной откровенностью, но заставила себя не отводить взгляд.

— А шантаж? — выплюнула я, стараясь не поддаваться его давящей ауре. — Это тоже оправдано? Издеваться надо мной, использовать меня как живой щит — это нормально для будущего правителя?

— А как иначе? — он горько, безрадостно усмехнулся, чуть склонив голову набок. — По-хорошему ты бы никогда не согласилась. Если бы я подошел к тебе, как нормальный человек, и вежливо попросил помочь мне разыграть этот спектакль, ты бы послала меня ко всем демонам Бездны и умчалась к своему Бруксу. У меня не было времени на уговоры и расшаркивания, Элиана. Мне нужно было действовать наверняка. А ты... ты была идеальной кандидатурой.

Его взгляд медленно скользнул по моему лицу, задерживаясь на губах, и вдруг уголки его рта поползли вверх в жестокой, издевательской улыбке.

— Кстати, о твоем драгоценном Теодоре, — добавил Кассиан, и в его голос вернулись те самые бархатные нотки, от которых у меня мороз пробежал по коже. — Боюсь, его выездные маневры немного затянутся. Он пробудет в ущелье Сирен дольше, чем планировалось. Скажем так... ровно столько, сколько мне понадобится, чтобы закончить наше с тобой дело.

От этих слов внутри меня всё оборвалось, а затем мгновенно вспыхнуло ослепительной, неконтролируемой яростью. Он обманул меня! Он снова играл жизнями людей, как бесправными пешками, подстраивая всё исключительно под свои нужды!

— Ах ты ублюдок! — выкрикнула я.

Моя правая рука сама собой сжалась в кулак, и я с размаху бросила ее вперед, целясь прямо в его идеальную, самодовольную челюсть. В этот удар я вложила всю свою злость, весь страх за Тео и всю ненависть к своему бессилию.

Но Кассиан был готов. Он не собирался позволять мне сломать ему нос во второй раз.

Его ладонь перехватила мой кулак в миллиметре от своего лица с пугающей, небрежной легкостью. Вторым молниеносным движением он поймал мою другую руку. Прежде чем я успела призвать магию или ударить его коленом, Кассиан одним жестким рывком вскинул оба моих запястья над моей головой и вжал их в каменную стену, намертво фиксируя в своей стальной хватке.

Я забилась в его руках, тяжело дыша от бешенства и отчаяния, но он лишь прижался ко мне всем телом, полностью обездвиживая.