Кассиан подался вперед, нависая надо мной, и его магия тяжелым, удушливым прессом легла мне на плечи. На скулах Наследника заходили желваки, а в глазах полыхнула чистая, неконтролируемая ярость.

— Ты невыносимая, упрямая и абсолютно неблагодарная девчонка, — процедил он сквозь стиснутые зубы. Каждое слово сочилось ядом. — Ты сама провоцируешь огонь, а потом жалуешься, что обожглась. Я сделал то, что должен был. Но если тебе так нравится быть жертвой собственных амбиций и длинного языка — пожалуйста.

Он резко отстранился, словно находиться рядом со мной вдруг стало для него невыносимо.

— В следующий раз, когда ди Вэйн или кто-либо другой решит преподать тебе урок, — бросил он ледяным, режущим тоном, — я не стану вмешиваться. Разбирайся со своими врагами сама, раз ты такая самостоятельная.

Не удостоив меня больше ни единым взглядом, Кассиан круто развернулся на каблуках и стремительно зашагал прочь, оставляя за собой шлейф морозного воздуха и пульсирующей злости.

Я осталась стоять на месте, тяжело дыша. Грудь вздымалась от гнева и странного, сосущего чувства несправедливости. Я высказала ему всё в лицо, но почему-то не чувствовала себя победительницей.

— И что это сейчас было?

Низкий, знакомый голос раздался прямо за моей спиной.

Я вздрогнула и резко обернулась. Из тени соседней ниши медленно вышел Теодор. Его руки были небрежно засунуты в карманы форменных брюк, но поза была напряжена, как тетива арбалета.

Тео смотрел вслед скрывшемуся за поворотом Кассиану, и в его глазах плескалась такая мрачная, тяжелая смесь подозрений и ревности, от которой у меня по спине пробежал холодок.

— Ты всё видел? — выдохнула я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Я видел достаточно, — Теодор перевел свой янтарный, потемневший взгляд на меня. — Я видел, как ты принесла Наследнику его личную вещь. И я видел, как вы сцепились, словно... давние любовники, которым есть что скрывать.

Он сделал медленный шаг ко мне.

— Так может, ты объяснишь мне, Элиана? Какого дьявола ты пришла сюда с его пиджаком? И что именно этот ублюдок сделал для тебя такого, за что ты его благодарила?

— Какие к Бездне любовники, Тео?! — я возмущенно задохнулась, чувствуя, как от его слов вспыхнули щеки. — Ты в своем уме?

Он стоял непоколебимо, ожидая ответа. Его взгляд был тяжелым, непроницаемым, сканирующим каждое мое движение.

Я устало прикрыла глаза, понимая, что врать бесполезно, да и сил на ложь уже попросту не осталось. Прятать от него правду означало только копить новые обиды.

— Вчера вечером... после нашего разговора в зале, — я глубоко вздохнула, заставляя себя смотреть ему прямо в глаза. — Меня подстерегли в галерее. Серафина ди Вэйн, невеста Деламара, и ее подружки. Они решили преподать мне урок за то, что я дерзила на лекции и мозолила им глаза. Серафина применила магию... сковала меня. Я не могла даже пошевелиться, Тео. А потом они начали рвать на мне одежду.