Этим количеством еды можно было до отвала накормить целую роту боевых атлантов, вернувшихся с изнурительного марш-броска.

— Добрый вечер, Элиана, — произнес Кассиан своим фирменным, бархатным баритоном, проходя в комнату. Он остановился в нескольких шагах от моей кровати, заложив руки за спину. — Как твое самочувствие?

Я растерянно переводила взгляд с невероятного пиршества на столе на лицо Наследника.

— Эм... спасибо, гораздо лучше, — пробормотала я, чувствуя себя максимально неловко. — Но зачем всё это? Я не смогу съесть и десятой части. Да и Валериус уже выдал мне все нужные лекарства.

— Валериус выдал тебе базовый набор для восстановления, — сухо отозвался Кассиан. — Здесь экстракты, которые ускорят регенерацию магического резерва. А еда... целители часто забывают, что растущему организму после критической потери крови нужны калории, а не только горькие настойки.

Он говорил это с таким равнодушным видом, словно обсуждал расписание лекций, но я не могла отделаться от мысли, что за этой заботой кроется нечто большее. Мое сердце забилось быстрее, но уже не от страсти, как полчаса назад, а от подступающего адреналина.

Это был мой шанс. Мы были одни, и уйти от ответа ему было некуда.

Я сделала глубокий вдох, собирая всю свою смелость, и прямо посмотрела в его сапфировые глаза.

— Забота о моем питании тоже входит в условия вашего договора? — мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы, но каждое слово повисло в воздухе тяжелой каплей свинца.

Кассиан замер. Ни один мускул не дрогнул на его лице, но я почувствовала, как магия в комнате угрожающе сгустилась, заставив пламя в магических сферах тревожно мигнуть.

— О чем ты говоришь? — его тон стал обманчиво мягким, но в нем зазвенела сталь.

— Не нужно делать вид, что вы не понимаете, лорд Деламар, — я упрямо вздернула подбородок, отказываясь отступать. — Я говорю о разговоре, который состоялся у дверей моей палаты в лазарете. Я слышала, как моя бабушка отчитывала вас. Вы обещали ей меня защищать. Это было «важно для нашего будущего».

В комнате повисла звенящая, удушливая тишина. Кассиан смотрел на меня не мигая, и его взгляд стал темным, как Марианская впадина. Я ждала, что он начнет отрицать, выкручиваться или спишет всё на мой бред, вызванный ядом падальщика.

Вместо этого он медленно, тяжело выдохнул, и его плечи едва заметно опустились.

— Подслушивать чужие разговоры — дурная привычка, Элиана, — процедил он сквозь зубы. Его голос был холодным, но в нем проскользнула нотка глухого раздражения. — Особенно те разговоры, которые тебя не касаются.