Я ждала, что он взорвется. Ждала, что воздух в комнате снова заледенеет, а его магия прижмет меня к полу в наказание за такую откровенную дерзость.

Но вместо этого Кассиан... рассмеялся.

Это был не тот высокомерный, издевательский смешок, который я привыкла от него слышать. Это был глубокий, бархатный, искренний смех, от которого его широкие плечи дрогнули, а в сапфировых глазах заплясали совершенно незнакомые мне темные искры.

Он сделал плавный шаг ко мне, сокращая дистанцию до критического минимума. Я инстинктивно вжалась в деревянные полки, чувствуя, как бешено колотится мое сердце.

— Побереги пыл, Элиана. Не стоит репетировать наши ссоры раньше времени, — произнес он низким, вибрирующим шепотом, оказавшись так близко, что я вновь почувствовала терпкий запах озона и морозного ветра.

Его потемневший взгляд медленно, почти осязаемо скользнул по моему раскрасневшемуся от гнева лицу, задержался на часто вздымающейся груди и яростно сжатых кулаках. В его глазах больше не было льда — только густое, пожирающее пламя, от которого перехватывало дыхание.

— Но должен признать, — Кассиан медленно поднял руку и невесомо, обжигающе провел костяшками пальцев по моей пылающей щеке. Его голос упал до хриплого, порочного баритона. — Мне чертовски нравится, когда ты так злишься. Твоя ненависть, дикарка... она меня заводит.

Я задохнулась, словно меня с размаху ударили под дых. Его прикосновение и эти слова, произнесенные с такой пугающей откровенностью, парализовали меня, бросив в дрожь, которая не имела абсолютно ничего общего с гневом.

Вспышка ярости затопила мой разум, стирая остатки здравого смысла и инстинкта самосохранения. Моя свободная рука метнулась к ножнам, скрытым под складками форменной юбки.

Лезвие моего любимого, идеально сбалансированного глубоководного кинжала со свистом рассекло воздух. В следующее мгновение холодная, безжалостная сталь с силой уперлась прямо в горло Наследника Бездны, ровно над воротом его расстегнутой рубашки.

— Еще хоть одно такое слово... — прошипела я, тяжело дыша. Моя рука не дрожала, несмотря на то, что сердце бешено колотилось где-то в горле. — Еще один подобный намек, Деламар, и пеняй на себя. Я не посмотрю на твой статус. Одно движение, и ты захлебнешься собственной кровью.

Я ожидала, что он отшатнется. Что он применит магию, окутает меня тьмой или отбросит к противоположной стене. Я приставила оружие к горлу самого опасного существа в Академии. За такое уничтожали на месте.

Но Кассиан даже не шелохнулся.

Он медленно, почти лениво опустил взгляд на лезвие, плотно прижатое к его коже, а затем снова посмотрел мне в глаза. На его губах заиграла медленная, хищная и абсолютно порочная улыбка. Опасность не просто не оттолкнула его — она, казалось, распалила ту темную искру, что зажглась в его сапфировых глазах мгновением раньше.