— Догнал, — подтвердила я уже более твёрдым тоном. — Догнал и говорит: «Аурика, пойдём ужинать! Я из твоего кота приготовил потрясающее рагу!»
— Ох, — Сельма прикрыла рот ладошкой. — И что? Заставил есть?
— Да, а шкурку его пустил мне на теплую шапку, — я вернула подруге стакан. — Вот такой кошмар. Как думаешь, сбудется?
— Нужно в лунный календарь глянуть, — совершенно серьёзно ответила она. — Но на всякий случай иди умойся и прочитай заговор. Слова знаешь?
— Куда вода, туда и сон, — припомнила я. — Который вообще час? Нам не пора собираться на учёбу?
— Рановато, но вряд ли мы успеем доспать, — Сельма зевнула. — Засиделась я вчера у девчонок. В следующий раз в будние не пойду.
Утро потекло своим чередом. И только странная лёгкость в теле, мои пунцовые щёки и хитрая морда Букмаро напоминали, что ночью со мной происходило нечто неприличное и волнительное.
Глава 14 Курсовая работа
«Призыв потусторонних сущностей» и «Управление умертвиями» ректор читал сам лично. Ещё и практику вёл. В итоге расписание было составлено так, что нам предстояло видеться ежедневно. Иногда первой парой, иногда — последней. Я бы очень хотела «проспать» и занятие пропустить, однако именно сегодня утро наступило слишком рано. А нагло прогулять не позволяли совесть и… Букмаро.
Фиолетовый обормот подгонял меня со сборами, мешал сделать домашку (раз уж освободилось время, я пыталась потратить его с пользой) и всячески измывался, намекая на инцидент в башне. Будто я хоть на минуту могла о нём забыть. Да у меня перед глазами всё время стоял образ обнажённого ректора! И знаете, что самое страшное? Ректор — менталист. Если верить слухам, сильнейший в королевстве. Сколько мгновений ему понадобится, чтобы залезть ко мне в голову и прочитать все непотребные мысли, увидеть все неприличные образы и услышать жаркие стоны из моего сна? Вот и я думаю, что хватит пары ударов сердца!
Я же сгорю со стыда. Намертво сгорю.
— В наше время лекциями не увлекались, — ворчал Букмаро, пока я вытаскивала на парту учебники и тетради. — Студенты пр-р-рактически ночевали в морге и на кладбищах. Уже на первом курсе с одного взгляда могли определить причину смерти у свежего трупа.
— Это, наверное, не сложно, — предположила я. — Если у человека нет головы, вряд ли он умер от удушья.
— Зря ты так говоришь, — кот запрыгнул на парту. — Вот, например, был случай. Мужчину подр-р-рал медведь. Всё тело в глубоких длинных ранах. Казалось бы, очевидно, что умер он от потери крови или от повреждения внутренних органов. А на самом деле? Сердечный приступ! Испугался медведя и буквально умер от страха. Мне за этого несчастного на первом курсе автомат поставили.