— И что теперь мне делать?! Я детей маме отвезла, чтобы сюда прилететь… А о чем мне думать еще, если он на мои звонки не отвечает!!!
И реветь начинает, из-за чего весь сон окончательно идет по пизде. Эмма, чую, тоже рядом заворочалась.
Я из кровати выгребаюсь и трусы с пола поднимаю. Ну, а хули тут сделаешь? Не кидать же эту овцу ревущую. Какой уж там, блядь, у него номер-то… Четыреста какой-то…
— Подожди, — говорю. — Спущусь к тебе сейчас.
Вызов отрубаю и на ресепшен сразу звоню.
Пока гудки слушаю, хуями крою этого гондона. Вот стопудово с женой посрался, мобилу спецом вырубил и дрыхнет спокойно, пока я с утренним стояком скачу по номеру и вопросы его решаю.
— Костя… — Эмма из-за спины пищит. — Случилось что-то?
Я оборачиваюсь и вижу, что она на кровать села и сиськами голыми светит. От этого еще больший псих берет: потому что люблю спросонья воткнуть. Всю, блядь, концепцию эти придурки мне сломали.
— Нормально всё… — успокаиваю. — Спи. Сейчас с делом одним разберусь и приду.
Телка с ресепшена наконец аллокает.
— Друг у меня трубку не берет, а нужен срочно, — выдаю как есть. — Номер комнаты его подскажи. Заселялись два дня назад. Оплата была по безналу от «Промстали».
— Секундочку, я посмотрю.
— Алиев фамилия. Там, кстати, жена его припорола — ей координаты сдавать не вздумай.
— Я вас поняла. Так… бронь от ООО «Промсталь», контактное лицо Исаева Тамара, верно?
— Да… — я скриплю челюстью, потому как ненавижу всю эту волокиту хуйпоймическую.
— Ваш друг находится в номере четыреста четвертом. Если нужно, я могу ему позвонить…
— Не надо, — обрубаю и трубку обратно в подстаканник впечатываю.
Шмотки хер пойми где искать, поэтому выдергиваю из шкафа халат. Узкий, блядь, и короткий, как будто для гнома сделанный, ну а хули теперь. Других ебланов, которые по отелю в такое время шароебятся, один хер не найдется.
Из номера выгребаюсь и на лифте пиздую этажом выше. Можно было бы Арину напрямки к нему послать, да жалко. Хер пойми, чем Эрик там вчера занимался. Мог и нажраться в сопли, и шлюху снять.
Из кабины выхожу и чую, что мобильник в кармане жужжит. Овца эта неугомонная наяривает.
— Костя, ну что?
— Блядь, ты сюда два часа на самолете пиздовала, а теперь десять минут потерпеть не можешь? — рявкаю. — Ты дай мне глаза-то продрать и отлить!
— Хорошо, извини… — скулит.
Короче, окончательно она меня взбесила, так что в четыреста четвертый я не стучусь, а со всей дури ногой ебашу.
Через минуту только открывает этот. Ебало опухшее, заспанное, и перегаром аж через дверь несет.
— Ты чего это?
Я его бортую и в номер захожу. В этом бомжатнике два на два койка прямо по центру стоит, а на ней голая бабская жопа. Вот я, блядь, как чуял.