Она сделала шаг, другой - и действительно пошла ровнее, разгоняя застоявшуюся кровь.
- Мне нужно пройтись. Размяться. Снизим скорость и продолжим путь, - предложила она. - Да после работы лошадь положено выхаживать. Пусть шагает потихоньку и заодно отдыхает от ноши.
И они пошли рядом - медленно, как на прогулке, хотя оба понимали, что это не далеко не прогулка, а гонка наперегонки со смертью.
Арвид отпустил повод, позволяя мерину идти свободнее, и тот немедленно этим воспользовался - наклонил голову и принялся на ходу щипать траву, с аппетитом вытягивая губы навстречу сочным стеблям.
Граф двигался с той стороны, где лес подступал к тропе вплотную. Ветки, казавшиеся сплетёнными в одну непролазную стену, то и дело хлестали его по плечам, но он не уклонялся, а придерживал их, не позволяя ударить по Илларите.
Она это заметила. Сначала краем глаза, потом повернула голову и увидела, как граф стоически принимает на себя удары, которые неминуемо достались бы ей.
- Я не разобьюсь, - сказала тихо, и в голосе её прозвучала не гордость, а благодарность. И завуалированная просьба больше не закрывать её от веток.
- Знаю, - ответил он, отводя очередную ветку. - Но даже камень может не выдержать, если его ударить много раз.
Так они прошли ещё с полверсты, а потом Илларита спросила:
- Вы всё время после нашей… свадьбы жили в этом лесу?
- Нет, - ответил Арвид, раздвигая заросли папоротника, чтобы ей было проще пройти. - Я несколько недель путешествовал, а вернулся только за день до того, как нашёл вас. И поскольку в замок меня, по понятным причинам, никто не приглашал, а чужие дома мне до смерти надоели, я решил какое-то время пожить в охотничьем домике. Это было любимое место нашего отца. Здесь он учил нас с братом охотиться, - граф запнулся, вспомнив, что «брат» для неё - не просто слово, а человек, который плохо с ней обращался и пытался уничтожить. – В детстве мы много времени проводили в этих местах.
- И вы знаете каждую тропу?
- Почти, - он позволил себе короткую усмешку. - Некоторые уже заросли, некоторые изменили направление. Но те, что ведут к границе, я ни с чем не спутаю.
Она помолчала, глядя вперёд, туда, где сквозь стволы уже угадывался просвет.
- Вы думаете, Виллем уже проснулся?
- Уверен в этом, - ответил Арвид, и голос его стал жёстче.
Она не вздрогнула, не ахнула. Только сжала губы плотнее и пошла быстрее, ведь каждый шаг приближал беглецов к спасительной границе.
К полудню, когда солнце достигло зенита и залило лес ярким, почти ослепительным светом, они добрались до старой лесопилки.