— Но сверху!

— … при том, что пальмовое масло даже сейчас дешевле того же подсолнечного почти вчетверо.

— А просто его закупить, без этих выкрутасов…

— В двадцать первом у французов получилось купить около двадцати двух тысяч тонн, и это составило, между прочим, треть мирового урожая. Сейчас потихоньку масличную пальму начали, кроме Африки, еще и в Малайзии с Индонезией выращивать, так в Малайзии в этом году собрали около семидесяти тысяч тонн, в Индонезии даже чуть меньше двадцати тысяч. А нам надо в разы больше! И ждать, пока в колониях наши враги не начнут пальму эту массово выращивать, а потом на поклон идти к тем же британцам, например, чтобы масло купить втридорога, мы не можем — да и не продадут они, им самим мыться нужно. На самом деле масло оттуда мы, скорее всего, сможем получать года так с тридцатого по тридцать пятый, но и это уже хорошо.

— А почему такие сроки? Вы же говорили, что договор на сорок девять…

— Потому что на плантации пальма плодоносить начинает через три-четыре года после посадки, а что в мире случится после тридцать пятого, предсказать никто не может. То есть я думаю, что кто-то против СССР воевать пойдет… это не обязательно, но крайне вероятно.

— Я так не думаю, — снова влез со своим мнением Струмилин, — и могу обосновать. Сейчас за границей продолжается послевоенный промышленный спад, и продлится он года так до тридцать второго — тридцать третьего. После него для восстановления военной промышленности иностранцам потребуется еще года три-четыре, и только тогда…

— А про спад чуть поподробнее можно?

— Если совсем вкратце, то под войну все понастроили металлургических заводов, но война закончилась и металла стало нужно гораздо меньше. Да и прочей промпродукции тоже: армии стали распродавать ненужное имущество. Старые металлические заводы сразу закрылись и под слом пошли, новые, хотя и работают вполсилы, тоже металла больше, чем рынок сожрать может, выпускают. Цены на металл низкие, выручки едва хватает на поддержку работающих заводов, а вот в постройку новых или реконструкцию старых никто средств не вкладывает. А срок до капремонта тех же доменных печей — лет десять-двенадцать, то есть примерно к тридцатому году нынешние начнут выходить из строя. Но тут нужно учитывать, что те печи, которые работают, работают-то вполсилы, их будут просто интенсивнее загружать — и года до тридцать второго нового строительства не будет. Но уже сейчас запасы готового металла, сбыта не нашедшие или в запас купленные, позволяют год, а то и два без нового производства машиностроение обеспечить, так что лишь году к тридцать четвертому металл подорожает и станет выгодно снова печи строить. А современная печь строится года три, а то и больше…