С заводами было сложнее, однако предлагаемые русскими условия были весьма интересны — и почти тысяча эфиопов отправилась в далекую страну осваивать нужные профессии. Без особой огласки отправилась: император прекрасно понимал, что другие (и весьма могущественные) страны развития эфиопской промышленности страстно не желают. Но когда армия получит столь нужное тяжелое вооружение… офицеры (и даже солдаты) тоже поехали обучаться в СССР.

Иосиф Виссарионович в очередной раз заехал в Кремль поговорить с Председателем Совмина. На очень важную тему поговорить:

— Николай Павлович, я очень беспокоюсь по поводу того, что прекращение торговли с зарубежными странами в Европе приводит к тому, что против СССР там собирается большая коалиция…

— Пусть вас это не беспокоит, у нас есть люди, которые заботятся о том, что все эти коалиции обломают себе зубы при попытке начать против нас войну.

— Министерство обороны потребляет очень много необходимых стране ресурсов…

— Министерство обороны гарантирует нам мирную жизнь, а насчет ресурсов… в любом случае для нас такая торговля смысла не имеет: эти европейские страны просто перестали продавать нам то, что мы хотим у них покупать. В других странах этого просто не выделывают, так что нам и деньги с этих иностранцев не нужны. Сейчас в Европе единственная страна, которая хоть что-то полезное нам продает — это Бельгия, да и то…

— Что она нам продает? Уран, из которого бельгийцы уже вытащили весь дорогущий радон? А нам-то он зачем?

— Бельгийцы нас продают в первую очередб прецизионные станки, хотя и немного. А насчет урана я вот что думаю: товарищ Хлорин из Радиевого института говорит, что если этот уран просто пролежит полторы тысячи дет, то в нем радона станет всего лишь вдвое меньше, чем с только что из шахты вытащенного.

— То есть вы собираетесь ждать полторы тысячи лет?

— Нет. Потому что он сказал, что если этот уран облучить какими-то нейтронами, то можно весь его в радий превратить.

— Интересно, а почему его никто так не облучает?

— Это всего лишь теория, но вроде бы обоснованная — а уран-то у бельгийцев вообще копейки стоит. Да и из-за того, что мы его покупаем, они и станки не отказываются нам продавать.

— Ну да, копейки… вы же у них урана закупили почти на пять миллионов британских фунтов!

— И дальше будем закупать. Правда у них такого урана не осталось, так что закупать будем только то, что они уже переработают, то есть примерно начетверть миллиона в год, даже меньше. Да и свежий уран они уже готовы продавать, а Радиевому институту он очень даже пригодится: там вроде придумали, как радий подешевле, чем у бельгийцев, извлекать.