Он ушёл, не попрощавшись. Продавец проводил его взглядом.

— Он эти джинсы с августа ждёт. Мои индийские ему не предлагай. Он не ткань покупает, ему этот красный ярлычок нужен.

Он развернул перед следующим покупателем ремень, но через несколько секунд снова наклонился ко мне.

— И ещё. Сегодня про тебя спрашивал один. Невысокий, коричневая куртка. Хотел знать, с кем ты обычно говоришь и когда приходишь. Я сказал, что у меня покупатели, а не список знакомых.

— Долго стоял?

— Пока я не спросил, что ему продать. После этого ушёл к пластинкам. На товар он не смотрел.

Женщина с сыном не дошла до ворот. Вернулась одна, торопясь. Положила на прилавок двадцать рублей.

— До завтра. Муж утром получит, я после работы зайду.

Продавец пересчитал деньги, завернул их отдельно и убрал джинсы под прилавок. К прилавку сразу подошёл мужчина и спросил, нет ли таких же на размер больше.

Я вышел через мясные ряды. У стены стояли пустые деревянные клетки, за ними курили грузчики. Оттуда просматривались остановка и часть улицы. ЕрАЗа не было. Мужчины в коричневой куртке тоже. Трамвай подошёл почти сразу. Я снова пропустил первый и сел в следующий.

На площадке четвёртого этажа у моей двери стояла девушка, которую я не помнил. Короткий жакет из рыжего вельвета, кремовая водолазка, тёмно-синяя джинсовая юбка. Дымчатые колготки, высокие коричневые сапоги. На плече большая сумка из мягкого кожзама. Тёмные волосы лежали на плечах; глаза были подведены, губы тёмные.

Двое парней спускались по лестнице и оба на неё оглянулись. Она их не заметила. Увидев меня, шагнула навстречу.

— Громов, ты где был? Вчера после смены пришла — закрыто. Сегодня утром — опять. Я в субботу должна деньги отдать, товар у тебя, а тебя нет.

Она говорила не громко, но быстро, будто всю дорогу удерживала этот разговор.

— Вчера устроился. Сегодня с утра был на базе.

— Куда устроился?

— На базу.

Она подошла ближе и взялась за край моего воротника.

— Стой. У тебя тут нитка.

Лицо оказалось рядом. Я решил, что это привычное движение между людьми, которые давно друг друга знают. Наклонился и быстро поцеловал её.

Она отшатнулась.

— Ты что делаешь?

Я не успел ответить. Ладонь ударила по щеке. Девушка сразу отдёрнула руку. Несколько секунд смотрела на меня, потом на свою ладонь. Сверху хлопнула дверь. Кто-то начал спускаться.

— Открывай, — сказала она тише. — Здесь сейчас все выйдут.

Я отпер комнату. Она вошла, поставила сумку на стол и осталась в пальто.

— Я не понимаю, что с тобой происходит. Два дня тебя нет, потом ты встречаешь меня как…

Она не договорила, расстегнула сумку и достала тонкий полиэтиленовый пакет.