— Возьми обратно.

Клава не коснулась денег.

— А ремня не будет?

— Сейчас у меня его нет. Деньги возвращаю. Если найду подходящий — принесу, и за него рассчитаемся отдельно.

— Когда найдёшь?

— Срок не назову.

Она посмотрела на меня дольше, чем требовалось для трёх рублей, потом сдвинула монеты к коробке.

— Вот так и надо было сказать в мае.

Клава пересчитала деньги, убрала их и снова положила юбку под лапку.

— Нужен ремень длиной полтора метра, шириной сантиметр. Можно длиннее, Павел обрежет. Только без дырок. Этот пояс он из старого солдатского вырезал, нитка в дырках застревает.

С кухни Смирнов принёс три стакана чая в подстаканниках. Один поставил возле меня, один — на край Клавиного стола. Она не взяла. Нажала педаль, и пояс снова начал стучать.

— Так куда устроился? — спросил Смирнов, садясь напротив.

— Восьмая промтоварная. Учётчиком.

Ложка у него остановилась над сахарницей.

— Восьмая?

— Да.

— Кто там сейчас заведует?

— Виктор Семёнович Белов.

Смирнов опустил сахар в стакан и размешал его, стараясь не звенеть ложкой.

— Значит, Витя всё ещё там.

— Ты его давно знаешь?

Он отпил чай и поставил стакан на блюдце.

— Вместе работали.

— Сколько?

— Больше года.

Клава не обернулась, но перестала нажимать педаль. Машина докрутила сама и замерла.

Смирнов посмотрел на неё, потом снова на меня.

— Тебя Белов сам взял или Коля заранее с ним договорился?

— Коля только адрес дал. Белов посадил меня за книги: у него свод не сходился.

— И в первый же день нашёл?

— Три приписанные строки. Дальше ещё смотреть.

Смирнов подвинул сахарницу к стене.

— Книги при Белове открывал?

— Сначала при нём. Потом его вызвали во двор.

— Ещё кому говорил?

— Никому.

Смирнов кивнул и замолчал.

Я снял пиджак. Из внутреннего кармана выскользнул Петин лист. Клава подняла его раньше меня и развернула на ладони.

— Рост, пояс, длина. Это кому?

— Три пары джинсов.

Она ткнула ногтем в женскую строку.

— Это пока не размер. Пусть принесёт брюки, которые на ней хорошо сидят. По чужой цифре товар не бери.

Смирнов взглянул на лист с размерами.

— У Лёши берёшь?

— Пять пар в среду. Вчера договорился.

— Ты с ним работал?

— Покупал один раз.

— А на базе?

Смирнов взял стакан, но не поднял.

— На восьмой работал до прошлой осени. Учёт вёл по второму складу.

— Потом что случилось?

Клава снова запустила машинку. Пояс стукнул два раза и зацепился. Она сняла ногу с педали, выправила его пальцами.

Смирнов дождался, пока машина остановится окончательно.

— По нескольким накладным не сошёлся товар. Акт был с моей подписью. Меня сняли с учёта и отправили в тарный цех. Там я три месяца считал ящики. Потом ушёл.