— Уже больше моего. Вам мужчина для номера ещё нужен?

Юля повернулась ко мне, попросила встать и отошла на шаг, сверяя рост по памяти.

— По росту подойдёт. Вальс когда-нибудь танцевали?

— В школе. Давно.

— Значит, начинать не совсем с нуля. До восьмого неделя: сегодня посмотрим, что осталось, завтра станет ясно, можно ли выпускать, в понедельник прогоним целиком.

— Юлия Сергеевна, восьмого база закрыта, но его могут поставить в дежурную отгрузку, — напомнил Витя.

— Репетиции после работы. Восьмого оформлю так, чтобы к трём он был в клубе.

Василий Петрович снова открыл ведомость, но писать не стал.

— Так и решим. Белов напишет, как Громов работает. Вы напишете, пришёл ли он на репетиции, выучил ли номер и вышел ли в четверг. Когда у меня будет не одна фамилия на пропуске, а два человека, которые с ним дело делали, я характеристику подпишу.

Юля посмотрела на Витю.

— По работе он действительно держится?

— Держится. Сегодня две пропавшие лампы вернул на склад и водителя не задержал.

— Тогда идёмте, Андрей Викторович. В клубе сразу станет понятно, оставлять вас в номере или возвращаться к списку.

Она переложила свёрток в другую руку и направилась к двери.

— Мне к шести на вокзал, — сказал я уже в коридоре.

Юля остановилась у часов, быстро прикинула дорогу и прижала ткань локтем, чтобы свёрток не распался.

— Тогда работаем до пяти. Я покажу проход и поворот; если совсем не получается, отпущу раньше и буду искать дальше.

— А в характеристику вы что напишете?

— Только то, что увижу. Придёте сегодня, завтра и в понедельник — напишу, что взялись за общественную работу и не бросили после первой репетиции. Не придёте — вообще ничего добавлять не стану: двух минут возле ламп для характеристики тоже мало.

Она снова пошла по коридору, уже разворачивая на ходу список участников.

В клубе к лампам уже никто не возвращался. На сцене стоял стул без спинки, у занавеса две девушки разматывали длинную красную ткань. Пожилая женщина за пианино искала ноты в папке и сердито объясняла, что вальс она помнит, но помнить и играть с листа — разные вещи.

Юля положила свёрток на стул и развернула его. Внутри оказались мужской жилет и белая рубашка с широким воротником.

— Это Корнеева. Примерите позже, когда станет понятно, есть ли смысл перешивать. Сейчас пройдём без музыки.

— Что именно мы танцуем?

— Вальс: проход, поворот и диагональ через сцену. Сначала научитесь вести меня по счёту, потом добавим остальное.

Она поставила список на стул, сняла туфли и осталась в тонких чулках. Одну туфлю отодвинула носком под занавес, чтобы никто не наступил.