— Громко стенает кочевник лихой,

Хочет он в степь к себе, значит, домой.

Просит весёлого он корчмаря:

Дай на дорожку ты мне пенькаря!

Ржали верблюды кочевнику вслед —

С дверью на жопе уехал в рассвет!

Спутники захлопали, затопали, одобрительно заговорили.

— Ш-шарман, — сказал бывший инспектор. — Так задорно и свежо, так иронично и в то же время точно…

Шлюха восторженно взвизгнула и прижалась к его чешуйчатому локтю горячей голой грудью, и как всегда, от прикосновения теплокровного, ему стало лучше, чем от выпивки.

— Киньте за песенку пару монет! — по привычке добавил Наг, хотя ни в каких монетах не нуждался — в рюкзаке до сих пор звенело.

* * *

Три подземных озера, вокруг которых вертелась жизнь в этом месте, и составляли основу Жемчужных Копей. Жемчужных потому, что в озёрах и в самом деле выращивали жемчуг, а заодно — моллюсков и рыбу. Но особенно славились Копи чёрной икрой. Населения в них было много, почти три тысячи, плюс — пускали всякого чипированного. Правил как водится мэр, имелась стража, суд, городская тюрьма, всё как полагается. Безусловно, платили дань разбойникам, тому же Горыну с его головорезами, чтоб не трогал жемчужных караванов. Торговали с соседними шахтами, выменивали специально обученных специалистов-техников и оборудование для промысла, а шахты, в свою очередь, перепродавали жемчуг и икру дальше, но задорого, и платили уже своим разбойникам за безопасность груза. Люди и репти почти не селились наверху, где осталась лишь степная трава да заражённые по сей день, больные места, где хлещут дожди и жарят засухи, где водятся мутанты да отщепенцы разного рода, беглые преступники, каннибалы и прочий лихой люд сродни тому же Горыну, только человечий, да кочевники-репти со своим скотом. Кочевники неплохо, кстати, приноровились, если, можно так назвать жизнь без крыши над чешуёй. Занимались животноводством да кочевым растениеводством. Разводили перекати-поле и с ними мигрировали. В книгах пишется, до Часа Расплаты перекати-поля сухие были, но теперь-то стали сочными кактусами, идущими вслед за грозами. Кучей целой колючей катятся — воду собирают. А за ними уж кочевники со стадами. Верблюды многогорбые, всеядные, отличный транспорт для купцов-караванников. Тля молочная — вкусней козлятины! Именно тля служила основным доходом кочевников: крупная, с подростка-репти, дающая молоко из кучи сосков, одну траву степную жрёт, а доится питательным, вкусным молоком, чуть зеленоватым, отдающим клопами. Кумыс из него на древний коньяк похож, как говорили Нагу. Коньяк ему, ясное дело, не доводилось пробовать, а вот кумысом баловался всякий раз, когда случалось петь на свадьбах у кочевников-тлеводов. Там же ел запечённых в земляной яме тлят, да сыром закусывал.