А чего не свыкнуться? Кушали Дети Ветра сытно, всегда козлятина да тлятина в рационе была, жили адреналиново, особо Нага не обижали — таки игрушка атамана, придворный, х-хе, клован… Гадостей, конечно, он насмотрелся вдоволь, все последние годы уже ничему удивиться не мог, пережил сотни налётов, в которых, в прямом смысле слова,играл важную роль, и надеялся, что повезёт пережить и самого Горына.
У Детей ветра было принято — кто атамана убил в поединке, тот и сядет новым, так когда-то Горын и воцарился — припёрся из Степи, вызвал и убил прежнего вожака, да только полнился атаман дурной и дикой силой, пока ещё тот герой найдётся — Наг последние чешуйки растеряет. Шея-то вся под ошейником уже облысела. Гораздо вероятнее, что этот лихой репти подохнет в одном из своих набегов, Наг не сомневался, что однажды так и случится, возможно даже сегодня. Шутка ли, на шахтарей замахнуться! Тогда Нагу и пригодится рабский ошейник, в котором он ходил уже пятнадцать, сука-мать, проклятых лет! Извольте убедиться, в плену влачил существование, на нижайшем положении пребывал и, лишенный свободы действий, терпел всевозможное ущемление гражданских прав. А что всякий вечер был навеселе, да пару раз спьяну отведал со стола господского пищи специфической — указывать не следует, такое лучше утаить. Мясо как мясо, навроде козлятины, но без кислотцы.
Верблюд по кличке Туз — самый огромный и сильный верховой верблюд разбойников, нетерпеливо шевельнулся, может, овод укусил, но Горын только цыкнул — и тот со вздохом послушно замер под маскировочной сетью.
В общем, Наг старался не уснуть и не беспокоить понапрасну Горына, который лежал тут же, в траве, напряжённо рассматривая и пробуя на вкус Великую Степь, и сам от скуки поглядывал в плохонький одноглазый бинокль на полуразрушенный мегаполис неподалёку. Какие-то башни его еще стояли, другие завалились. Называлось это место Ква — остались эти буквы на одном фасаде, было оно таким заражённым до сих пор, что счётчики ажно верещали, а гнездились в развалинах одни пауки-переростки да дикие мутанты из людей, страшнее страшного — квичи. Такого квича он и выглядывал от скуки — посмотреть, содрогнуться.
Наконец раздались тихие сигнальные пересвисты, затем забормотала рация на поясе у Горына — это значило, объекты приближаются. Вскоре и дым каравана показался на горизонте, Наг перевёл бинокль и прямо обомлел — сразу проснулся и о квичах как есть забыл. Такого технического великолепия он и не видал никогда, только слышал, да не верил. Живут же проклятые высидиши с выродками обеих рас в Соединённых Шахтах! Разумеется, копь отказалась платить разбойникам дань, куда Детям Ветра со своими верблюдами до паровых машин!